Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
13:21 

Маратушка

Взгляд туманный пьет нирвану
А это уже Маратка Корчемный. Ну, просто душка!:)

13:21 

Междуречье

Взгляд туманный пьет нирвану
Навеяно К. Кастанедой.

13:35 

Картины Жозефины Уолл. Эльфы

Взгляд туманный пьет нирвану
Однажды в магазине мне посчастливилось купить открытку. На обороте было написано следующее.
«Под сиреневой луной два эльфа наслаждаются романтическим свиданием в свете волшебного фонарика под старой цветущей глицинией. Сиреневый лунный свет играет бликами на воде, добавляя магии этому мгновению, и двое влюбленных не могут устоять перед первым поцелуем, потому что даже эльфы влюбляются.»

13:36 

Будущее есть всегда 2

Взгляд туманный пьет нирвану
Эта поездка являлась необходимой для моей научной работы, но я отдавала себе отчет, что неизвестно как все сложится и как отразится сие путешествие на маленьком человечке, что вот уже второй месяц развивался и рос у меня внутри.
За две недели до перелета мне пришлось пройти медосмотр. В итоге меня признали относительно годной.
Принеся Гаврилову медзаключение для отчета, я отошла к окну и стала ждать, когда меня начнут ругать. Матвей Ильич долго стучал по клавиатуре, вбивая мои данные в бланк. Оторвал взгляд от экрана. Строго посмотрел на меня и спросил:
-Ты что ж это, рыбонька, отвертеться от поездки хотела? Теперь вот-нет, не отвертишься. Полетишь, как милая.
У меня рот открылся от удивления, так как я ожидала совсем другой реакции, упреков…
-Матвей Ильич, это что ж? Розыгрыш? Вы что совсем не сердитесь?
-С чего это? Вот если бы отнекивалась, тогда сердился бы. А так… Подумаешь невидаль! Моя жена на таком сроке альпинизмом занималась. Да и бугай мой теперь, как Маугли лазает. Весь в мать. Так что собирайся, пташка.
У меня от сердца отлегло. А Гаврилов усмехнулся вдруг:
-А отец-то, Збигнев Ченски небось?
-Угу. – Я потупилась. Профессор не отставал:
-Он знает?
-Нет. И если можно, не говорите ему ничего, пожалуйста.
-Да уж не скажу. Ты родителей-то оповестила?
-Со nie… скажиче? О чем?
Мы обернулись. В дверях стоял Збигнев. Он только вошел и услышал конечную фразу.
Гаврилов вредненько улыбнулся:
-Вас, пан Ченски, прислали подглядывать, а Вы подслушиваете. Алена на конференцию со мной летит. Ясно Вам?
Збыш нахмурился, задумался, а потом поинтересовался, может ли он сопровождать нас. Профессор ответил:
-Можете, Ченски, можете. Мне нужен протоколье и техник. Так что собирайтесь, проходите медкомиссию, а результаты обследования положите мне на стол. И, пожалуйста, побыстрее. Я уже послал запрос. Вам все ясно, надеюсь?
-Taк. Понымайю.
-Ну, тогда идите уж. Оформляйтесь.
Когда Збыш спешно ушел, Гаврилов задумчиво взглянул на дверь и прокряхтел:
-Молодежь!

За три дня до отлета мои родители решили устроить в честь меня обед. Приехала сестра с мужем. Сына они отвезли к бабушке. Денис с папой уединились в гостиной, что бы обсудить результаты вчерашнего футбольного матча, а мы с Наташей ушли в мою комнату, где я сообщила ей, что пригласила Збигнева на семейный обед. Натка порадовалась, но тут же спросила, почему я грустная.
-Наташ, я ведь ему до сих пор ничего не сказала. Может, я ошибку сделала?
-Знаешь, Ален, а вдруг он подумает, что ребенок не его? Федькин, например. И что ты хочешь его на себе женить. Да и потом, он же потерял семью, пережил боль и вряд ли захочет обременять себя новой ответственностью. Будет бояться вновь все потерять. А для тебя сейчас главное, что бы он сделал тебе предложение.
-Но я не сомневаюсь в том, что он меня любит.
-Может и любит, но кто знает, как он проявит себя в определенный момент. К тому же, он, наверное, все еще любит свою жену, и хочешь или не хочешь, он все равно будет тебя с ней сравнивать.
-Так что же мне делать?
-Наблюдать и делать выводы.
-Всю жизни не пронаблюдаешь.
-Но главное при этом найти удобный момент...
В комнату заглянула мама с тарелками в руках:
-Девочки, вы мне поможете?
-Да, мам.-Ответила я.-Только вот тарелок надо больше.
-Федя придет? – Улыбнулась мама.
-Придет, но не Федя. Увидишь.
-Ох, дочка, совсем в женихах закопалась. – Весело сказала мама, и мы с Наташкой нырнули в кухню.
Через полчаса раздался звонок в дверь. Я пулей выскочила в коридор.
Сначала я ничего не поняла. На пороге стоял букет с ногами. Потом я сообразила, что это Збыш. У меня создалось впечатление, что Збышек скупил все розы в цветочном павильоне.
-Dzien’ dobry, Alina. То чебе.
-Привет. – Я хихикнула, потому что мама и сестра смотрели на этот «стоячий букет» круглыми от удивления глазами.
-Невероятно красивые розы. Какая прелесть! Спасибо, Збышек. Проходи.
Я забрала у него букет и тут же утонула в цветах. Розы и правда были чудесные. Огромные и разных цветов, и пахли они необыкновенно.
Збигнев закрыл за собой дверь и поздоровался с моими родными. Он был одет в черное драповое пальто и шляпу. Ботинки его, начищенные до блеска, сверкали новизной.
Сняв пальто, он оказался в строгом сером костюме, при галстуке, в белой идеально выглаженной рубашке. А на галстуке сверкал дорогой зажим.
Збыш, гладко выбритый, причесанный и надушенный своим незабываемым парфюмом все ж так и не сбрил свои усы. Видимо оставил для солидности.
-Познакомьтесь. Это мой коллега Збигнев Ченски.- Представила я его, - А это моя мама-Ирина Александровна и сестра Наталья.
-Очэнь прыятно. – Ответил улыбчиво Збыш.
-Взаимно.- Мама и сестра сказали это в один голос.
Збигнева пригласили пройти в гостиную, где уже был накрыт стол. Там я познакомила его с отцом и Денисом. Папа, как и многие, поинтересовался, откуда Збигнев родом. Мама тут же забрала у меня букет и принялась искать вазу для роз. Денис и Наташа стали выяснять, кто из них куда сядет за столом. А Збышек тем временем протянул мне большой подарочный пакет.
-То тэж чебе.
-Что это? – Я с удивлением заметила, что пакет довольно тяжелый и заглянула внутрь. Там оказалась комбинированная огромная хрустальная ваза.
Я вытащила ее и с восхищением стала рассматривать.
-Но, Збигнев, это же дорого! – Воскликнула я.- Где же ты нашел такую прелесть?!
Збышек усмехнулся:
-Не. Не дрого. Муй ойчец имеет фирму. Та ваза его дело.
-Он же военный?
-Был. А тепэр управляэт компаньей. Как дед.
Теперь мне стало понятно, зачем Збышек ездил не так давно домой.
-Спасибо Збышенька. – Я потянулась и чмокнула его в щеку. Мама прекратила метаться с букетом и удивленно застыла посреди комнаты, глядя на это хрустальное чудо.
-АХ! – только и воскликнула она.
Вообщем, и так ясно, что испытала мама при виде этой вазы. Ната и Денис стояли открыв рты. Папа растерянно взирал на всю эту немую сцену, а Збигнев довольно улыбался, видя радость в моих глазах.
За столом он вел себя весьма скромно. Очень понравился моим родителям. Они сошлись во мнении, что мы с ним прекрасная пара.
Недоволен был только Денис, который весь вечер беспочвенно ревновал мою сестру. Кончилось это тем, что в день отлета провожать нас Наталью Денис не отпустил.

И вот мы на Балионе.
В здании Космопорта нас встретил Игорь Кузнецов, заместитель генерального директора Департамента Отдела Технических Инноваций.
Когда я увидела его, то не могла отделаться от мысли, что он очень напоминает персонажа картины «Три богатыря».
Плечистый, заросший русыми кудрями, перехваченными сзади в аккуратный конский хвост, и окладистой бородой мужчина лет сорока. Мысленно я примерила на него латы и шишак с плащом - получился русский богатырь. Вот только непонятно Добрыня Никитич или Илья Муромец?
Так за размышлениями я не заметила, как нас доставили к Дому Специалиста. Этот замечательный жилой комплекс занимал целый квартал. Слово «гостиница» Дому Специалиста не подходило, так как вместо отдельных номеров приезжим давали отдельные квартиры. Еще в этом здании находилось 6 магазинов разной специфики, 3 огромных ресторана, 4 кафетерия, спорткомплекс, спа-салон, игорный и медицинский центры, два салона красоты и концертный зал. Нечто подобное было отстроено и в Москве на берегу Москвы-реки в середине 20-го века. Но в отличие от того здания тут селились не партийные работники и элита, а специалисты разных профилей, прилетающие на Балион.
Наши квартиры были забронированы на 3-м этаже. Гаврилов попросил консьержа выдать нам со Збигневым квартиру на двоих, а его поселить отдельно, когда тот вознамерился дать нам трехкомнатную на троих. Но профессор намекнул ему, что я и Збыш почти семейная пара, и консьерж согласился, выдав нам ключи.
Кузнецов, впрочем, удивлен не был. За это мы были ему очень благодарны, так как у других людей сразу же возникало два вопроса: кто такой Збигнев Ченски и кем он мне приходится.
Дойдя до своей кватиры, Гаврилов пожелал нам хорошего отдыха и ушел к себе. Збышек пропустил меня в темный коридор, зашел сам. Квартира оказалась уютной.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

11:19 

Трудоголик

Взгляд туманный пьет нирвану
ТРУДОГОЛИК

Когда нацелишься на результат,
Неважно, чем ты будешь занят.
Достигнешь-вряд ли будешь рад…
А жизнь-один сплошной экзамен.
Сижу и мыслю лишь о деле,
Мелькают незаметно дни.
Я рвусь и рвусь куда-то к цели.
Все бросить-Боже сохрани!
Все ноет: и душа, и плечи.
Покой, как миг, неуловим.
Так до конца, а дальше-легче
С мучителем порвать своим.
Сойти с дистанции, из круга выйти…
Так было и так будет вечно.
Так мимо вся проходит жизнь.
Мы - гости в этом мире бесконечном.
Перегорают чувства все и мысли,
И звезды, догорев, утратят суть свою.
Перегорают лампочки в подъездах.
Когда-нибудь и я перегорю.
1.03.2010

11:20 

Збышек

Взгляд туманный пьет нирвану
Как-то раз я прочла некую статью, которая меня позабавила. Однажды американским мужчинам предложили составить фоторобот идеальной женщины, используя для сравнения все прелести американских и английских актрис. Портрет был составлен. К ужасу своему американские мужики, взглянув на портрет, увидели такое нечто, с которым бы не смогли не только иметь интимные отношения, но и выходить на улицу. Вообщем, страсти-мордасти…
Когда только-только была написана повесть Скорлупа, мне стало вдруг самой интересно, как же все-таки выглядит Збигнев Ченски, ведь это персонаж скорее собирательный, чем конкретный. Что из того получилось, не мне судить, но портрет был нарисован перьевой ручкой «от нечего делать» за 10 минут до моего отправления на вокзал. Мне почему-то он увиделся таким, но если кто-то тоже нарисует и выложит портрет данного героя, буду весьма признательна, потому что очень любопытно, как видят его читатели. В некотором роде это эксперимент.
А вот и герой. Знакомьтесь. Пан Збигнев Ченски. Прошу любить и жаловать.:)

11:21 

Будущее есть всегда 3

Взгляд туманный пьет нирвану
На следующий день Игорь зашел за нами, чтобы забрать нас на экскурсию по Наукограду.
Раньше я не понимала, зачем тут Наукоград, ведь можно было скооперироваться с механическим населением Балиона. Но позже все стало ясно. Это была земная колония, созданная преимущественно специалистами различных областей науки и техники, осуществляющие разработки, которые затем испытывали и внедряли в производство. Хотя это была земная колония, но здесь можно было встретить ученых из других миров, разрабатывающие совместные инновационные проекты.
Центр Наукограда занимал огромный НИИ. Если сравнивать с чем-то, то, пожалуй, с территорией Кремля и его ближайшими площадями. Этот громаднейший комплекс зданий, соединенных между собой уходил на пятьдесят этажей в высоту и опускался ниже уровня поверхности почти на столько же.
Пропускной режим, круглосуточная вахта, несколько очередных электронных пропускных пунктов, высокая железобетонная стена с колючей проволокой, строгая охрана-все это напоминало земной объект стратегического значения.
Пока что у нас не было задачи посетить этот Центр научной мысли. Игорь вез нас на электромобиле по улицам Наукограда. Впрочем, это было даже интересно. Город был похож на все столицы мира, очень чистый, красивый. Колонисты не только приспособили здешние растения для озеленения улиц, но и привезли земную растительность. Збыш с интересом разглядывал архитектуру и постоянно задавал Игорю вопросы об архитектурных стилях, чем очень меня удивлял. Ну и голова!
Минимобайл на запястье Игоря разразился тонкой трелью. Без труда я узнала мелодию «Чижика-Пыжика». Мне стало смешно, потому что я про себя перефразировала песню в «Чижик-Збышек» или «Збышек-Пыжик».
Игорю звонил гендиректор НИИНИТ, просил немедленно встретить делегацию из Швеции. Мы решили, что поедем с ним.
Игорь развернул электромобиль и повез нас в космопорт.
Рейсов было мало, пассажиров тоже. Мы стояли в зале ожидания. Через таможенный шлюз к нам шла маленькая процессия: трое мужчин и женщина-платиновая блондинка с голубыми глазами. Чем ближе они подходили, тем растерянней становился Игорь. Мне стало ясно, что женщина является руководителем группы.
Она, улыбаясь, подошла к Игорю и протянула руку.
-Здравствуй, Игорь.
Потрясающе! Никакого акцента - абсолютно русское произношение!
-Ингрид?!-воскликнул Кузнецов.- Но ты же...
Он осекся и поник головой.
-Бессовестно врут.- Заявила она. – Прости. Все эти годы я не могла приехать, а написать тем более. Ты бы подумал, что это чей-то жестокий розыгрыш. Теперь к делу. Познакомься. Это мои коллеги - Клаус Ийенсен, Ларс Янсон. А это, - Она указала на самого молодого своего коллегу. – Нильс Берг. Мы приехали по приглашению мэра для работы над проектом по сверхпрочным материалам.
-Да, слышал. Материалы для космического строительства. Впрочем, Инга, давай о работе в другой раз. Вас необходимо разместить по квартирам. Поехали?
Теперь в электромобиле сидело 7 пассажиров.
-Увы.- Сказал Игорь. – Экскурсия отменяется

Прошло несколько дней. Мы готовились к конференции, которая должна была начаться через две недели с небольшим. Збигнев нашел себе дело. За символическую плату он чинил приборы, притаскиваемые жильцами дома.
Все началось с того, что Збыш как-то заметил, что консьерж копается с миниатюрным лазерным проигрывателем, поинтересовался, не может ли помочь, и, получив прибор, быстро разобрал и исправил его. Этот случай стал стартом в серии мелких починок разного рода приборов.
Как-то утром, пока Збышек ковырялся с чьим-то феном, я сочла, что сидеть на одном месте скучно, а потому стоит пойти прогуляться. Выйдя из квартиры, я заметила в конце коридора Ингрид, глядящую с тоской в окно. Ее с коллегами расселили на нашем этаже в отдельные квартиры. Я подошла ближе.
-Ингрид, доброе утро.
-Здравствуйте, Алена. Как поживаете? Как Збигнев?
-Все хорошо. А... почему Вы тут? Может, пойдете к нам?
-Нет, спасибо. – Грустно улыбнулась Ингрид, не поворачиваясь и продолжая смотреть в окно.
Тогда я задала вопрос, который давно вертелся в моей голове.
-Ингрид, а Вы давно знаете Игоря Кузнецова?
Женщина удивленно подняла бровь и обернулась.
-Давно? Да, пожалуй. Он мой бывший муж.
Мне стало как-то неудобно.
-Простите, пожалуйста. Я не хотела вас обидеть.
-Нет-нет. Ничего. Я уже привыкла. – Она опять грустно улыбнулась, и я поняла, что ей очень тяжело и нужно выговориться.
-Может быть, у Вас что-то случилось?
-Да. Случилось. Давно. Извините, Алена, что гружу Вас своими проблемами, но мне так одиноко и не с кем поделиться. Особенно после того, как я увидела его снова. Думала, что все прошло, изменилось, но… Я давно хотела поговорить с Вами.
-Почему?
-Вы ведь невеста Збигнева Ченски, не так ли? И - уж простите, мои глаза не обманешь-вы в интересном положении? Я знала о Ченски. Одно время о нем говорили, как о герое, уничтожившем базу Даммарцев. Это удивительный человек. Поэтому, я решила, что и его жена должна ему соответствовать.
-Вы мне льстите, Ингрид. Я обычный, не способный на подвиги человек.
-Если бы это было так, то профессор Гаврилов не сделал бы Вас своей ассистенткой. Вы удивлены? Не знали? А я знаю немного больше, чем Вы. Потому что вращаюсь в этом обществе. И если честно, я очень рада, что оказалась тут, с Вами. Я расскажу Вам почему.

Ингрид поведала мне свою историю. История оказалась весьма грустной. С Игорем Кузнецовым она училась в России в одном университете, но на разных факультетах. По окончанию вышла за него замуж. Так сложилось, что большую часть супружеской жизни они учились и делали научную карьеру. Когда же они оба достигли научных званий, Ингрид родила мальчика. Супруг радовался и назвал его Александр, в честь своего далекого прадеда, погибшего на фронте в 1942 г. Через год родилась девочка, которую назвали Фрида. И все было бы хорошо, но по прошествию некоторого времени Игоря перевели, как одного из лучших специалистов на Балион. Сначала он писал жене, и все было нормально, но с течением времени это прекратилось. Ингрид не знала, что же случилось, и продолжала писать. К сожалению, земные технологии еще не достигли такого уровня, чтобы установить межзвездный Интернет, поэтому, по сей день, эпистолярный жанр оставался востребованным. Она посылала ему фотографии подросших детей, письма с просьбой ответить, но все было напрасно. Поехать к нему она тоже не могла-на руках были маленькие дети, которых не с кем было ставить, да и не отпускали ее ввиду занятости в очередном крупномасштабном научном проекте.
Все случилось 10 лет назад. Детям было по 5-6 лет, когда с Балиона вернулся коллега Игоря. Когда-то он был свидетелем на свадьбе и являлся другом семьи. Когда он узнал о случившемся, он рассказал ей, что Игорь подал на развод и теперь собирается жениться на другой женщине.
Выпросив отпуск, Ингрид решилась лететь к мужу, взяв детей с собой, и упросить его вернуться. Предварительно она послала письмо на Балион. Игорь опять не ответил.
Во время перелета на лайнер напали Даммарские рейдеры. Они расстреляли всех, кто был на борту. Ингрид повезло. Во время перестрелки на ее голову обрушилось стекло световой панели. Ее сочли мертвой. Когда она очнулась-все были мертвы, корабль заминирован, а ее детей среди убитых не было. Она была сама еле жива, ранена и контужена, но поняла, что раз осталась жива, то ее долг найти пропавших детей.
Ингрид успела в спасательной капсуле покинуть лайнер, прежде чем он взорвался.
Ее нашел патруль и тут же отправил в ближайший медпункт. Информация о теракте прошла во всех СМИ с учетом всех пассажиров. Заключение дали только одно. Не выжил никто. Ингрид долгое время она находилась на лечении. Она лишилась мужа, детей, счастья. Затем все вернулось на круги своя. Она сделала карьеру и стала крупным специалистом в своей области, стала преподавать, возглавила департамент крупной компании. Но с тех пор пытается найти пропавших детей, обращаясь в различные сыскные агенства. Но все без толку.
Мне было ее бесконечно жаль. Но я не представляла, чем я могу ей помочь. Только если не оставлять ее одну?
-Знаете, это все очень грустно. – Сказала я и предложила. – Приходите к нам, Ингрид, на чашку кофе. Збигнев будет рад. Вам нельзя быть одной.
-Спасибо. – Грустно улыбнулась она.
-Прийдете?
-Да.
Я вернулась в квартиру. Збигнев сидел в кресле и ковырял отверткой винт на корпусе фена. Он заметил мою глубокую задумчивость и поинтересовался, что случилось. Я рассказала ему все. Он нахмурился и сказал:
-Не все то просто.
Фен он все же починил.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

14:11 

Колеблющаяся на ветру

Взгляд туманный пьет нирвану


14:12 

Будущее есть всегда 4

Взгляд туманный пьет нирвану
Вечером Игорь пригласил нас со Збигневым в ресторан. Я звала Ингрид, но она отказалась, сославшись на множество неотложных дел.
Ресторан... Не помню, когда я последний раз была в ресторане. Кажется год назад по приглашению Кингсли. М-да. Тот ресторан был в 100 раз хуже, чем этот. Кингсли экономил на всем.
Зал ресторана освещали роскошные хрустальные светильники. Слегка готический интерьер напоминал старые фильмы про вампиров, а именно про графа Дракулу. Интересно, что бы по поводу интерьера сказал Стокер?
Белоснежные, идеально чистые скатерти на круглых столиках. У нас была Вип-зона с мягкими бархатными диванчиками.
Мы дождались, пока нам принесут наши заказы, и Игорь предложил выпить за встречу, но я заказала сок и отказалась пить спиртное наотрез, мотивируя здоровым образом жизни. На самом деле я просто берегла сокровище внутри себя.
Збыш и Игорь посмотрели на меня с уважением, но это не помешало им пропустить по бокалу «за здоровье», а потом «за прекрасных дам».
Неожиданно я краем глаза уловила две тени, мелькнувшие за стеклом огромной ресторанной витрины. Збигнев тоже заметил эти две тени. Он напрягся и перестал закусывать.
Игорь усмехнулся:
-Ничего странного. Тут две бродяжки кормятся. Шеф-повар ресторана – мой друг - не однократно их видел. Он часто их подкармливает. Босые, оборванные, непонятного пола, грязные. Жаль их, конечно. Я уже пытался их отловить, но они как сквозь землю проваливаются. Исчезают на глазах и так же внезапно появляются. Видимо это те двое, которым мы с другом когда-то помогли бежать.
-Яка история? – Заинтересовался Збигнев, снова став спокойным и продолжая холоднокровно уничтожать жаркое.
-Лет 10 назад, - начал Кузнецов, - мы с коллегой получили разрешение обновить кое-какое оборудование в офисе. Отправились мы за микроплатами в здешнее Торговое Место-Механорынок, как называли его наши механические друзья. Они же, кстати, его и устроили.
Кузнецов отправил в рот кусок жаркого, прожевал и продолжил:
-Вообщем, ребята, это такая барахолка! Купить можно все, даже жизнь с душой. Ну и продать тоже, не говоря уже об обмене. – Игорь усмехнулся. – Ходили мы, ходили. Наткнулись на клетку с живым товаром.
-Как это? – Уливилась я.
-Ничего удивительного. – Фыркнул Кузнецов. Он опять пожевал и погодя объяснил. – По местным законам в этом машинном раю могут продать себе подобным живого человека. Особенно если им нужен материал для опытов. Скажем, для развития новых биотехнологий.
-Чудовышно!! – Воскликнул Збигнев. Он вытер рот салфеткой и огорченно кинул ее на стол.
-Так вот, - продолжил Кузнецов, - мы не могли выкупить несчастных. За них просили деньги, которых у нас не было. Просить разрешение властей было бы долго, а оформлять кредит слишком поздно. Товар ждать не будет, да и продавец тоже. Менять было не на что. Осталось одно: украсть!
-И что же Вы придумали? - Мое внимание было захвачено рассказом.
-Пока мой коллега отвлекал продавцов павильона, я сделал небольшое замыкание. Это не так просто, как вы думаете. Но для меня, как для специалиста, тут нет ничего невозможного. Немного фантазии...- Игорь весело усмехнулся. – Короче. Свет погас, замки открылись. Пока не включили резервное питание, я, не долго думая, пихнул несчастных в вертикальную шахту воздуховода, а потом скрылся. Как я слышал, продавцы их и искать не стали.
-А как же Ваш коллега?
-А что коллега? Он тоже вроде пострадавший. Ну, стресс, испуг и т.д. Я у него, грешным делом, бумажник стащил - фольсифицировал кражу. Но людей-то жальче.
-Что же было потом? – Мне хотелось хеппи-энда, да и Збышу наверное тоже.
-Ну, ребята, не знаю, куда они делись. Эта шахта связана с канализационными коллекторами, и я даже спускался с ремонтной группой, что бы отыскать этих двух, но мы их не нашли. Жаль. У меня ведь тоже «двое по лавкам» было, пока Рейдеры эти проклятущие...
Игорь стукнул кулаком по столу.
-Значит, эти двое были детьми? – Удивилась я. – А Ингрид сказала, что она среди убитых их не нашла.
Игорь покачал головой.
-Если выжила лишь она, то о чем это говорит? Что в живых никого не осталось. Да и потом было ли время и силы трупы рассматривать?
- Я понимайю пана. Не надо о грусти. Давайче о другэм. Може за вштрэче? – Предложил тост Збыш.
-А. Давай. – Согласился Игорь махнув здоровой ручищей.
Они выпили еще. Для меня это было хорошо, потому что Игорь делался все сговорчивее.
-По-моему, Ингрид до сих пор Вас любит. – Я посчитала, что вся история странная и решила выяснить все до конца.
-Да? А уже ничего не исправить. – Обреченно вздохнул Кузнецов. – Она писала, а потом письма стали приходить все реже и реже. А после и вовсе прекратились. Я решил, что она не дождалась меня и решила заново устроить свою личную жизнь.
-Как это? Она же писала вам, высылала фото детей, просила ответить, потому что к ней Ваши письма не приходили. А потом не выдержала и полетела к вам с надеждой вернуть Вас! – Огорченно воскликнула я.
-Странно. А я ничего не получал. – Нахмурился Кузнецов, а затем вздохнул. – А теперь-то какая разница? Я женат. Детей вот только, жаль, нет. Когда от Инги перестали приходить письма, я долго мучился, писал с просьбой объяснить, в чем дело. А когда все случилось-чуть с ума не сошел от горя. Если бы не моя вторая жена, то...
-А кто она ест? – Полюбопытствовал Збигнев.
-Мы познакомились в кафе во время обеда. Она работала в финансовом отделе НИИНИТ. Теперь она зав. начальника Департамента Финансов.
Збыш коротко свистнул. Кузнецов усмехнулся.
-Интересный она человек, умница, красавица. Сначала дружили, после трагедии она была рядом, утешала. А потом я понял, что привык к ней, да и понравилась она мне. Сделал предложение. Теперь живем.
-A як ей звач?
-Имя? Хорошее. Фелиция. Счастье она мое. Итальянка.
-Со?! – лицо Збигенва удивленно вытянулось, глаза округлились, а рот открылся. Он был так удивлен, что выронил салфетку на пол.
-Збышек. – Я толкнула его в плечо. – Ты что? Ну-ка, говори, что у тебя с ней было?
-Не, не было. Не было.– Замотал он головой. Име известне. Слыхал.
Тут же он поднял салфетку и смущенно уставился в тарелку. Затем оглянулся, попросил прощения и пересел за соседний столик, где сидел темноволосый и кудрявый господин лет 50-ти в сером костюме при галстуке. Судя по его внешнему виду и заказанному ужину, это был итальянец.
Збигнев принялся что-то негромко обсуждать с ним. Я не удивлялась, так как, во-первых, по роду своего бывшего занятия Збыш имел много знакомых, во-вторых, данная колония была многонациональной.
Наконец Збигнев вернулся за стол.
-Это кто? – Спросил Кузнецов.
-А. Так. Знайомый. – загадочно слегка улыбнулся Збигнев, словно Джоконда на полотне Да Винчи.
Тем временем итальянец спокойно доел свои спагетти, расплатился и, сделав приветственный знак рукой, ушел.
«Уговорив» две бутылки хорошего коньяка, мужчины пришли к выводу, что теперь они друзья навеки. Далее, отужинав с нами, Кузнецов отправился домой. Он жил недалеко от ресторана, а мы пошли к себе.
По дороге к Дому Специалиста мне пришлось поддерживать Збигнева, так как в общественном месте он еще держался, а на свежем воздухе расслабился и со стороны смотрелся весьма поддатым.
Войдя в квартиру, я сказала ему:
-Збышек, а здорово ты его раскрутил.
-Так... – Он улыбнулся мне. Облапил, чуть не упал. Я еле удержала его, а он слегка наклонился...
Отстранившись от него, через несколько минут, я пошутила:
-Ну, все, сейчас я совсем пьяная стану и буду песни петь.
Збышек смеясь смотрел на меня.
-Не бойще. Я тэж спойю, а ютром две гловы болет буде. То честно.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

13:57 

Почемучка 8

Взгляд туманный пьет нирвану
(К теме «Колеблющаяся на ветру)
1. знаешь, похоже на аппликацию... кто же автор и как это сделано*\?))
1. Да. И у меня есть такое ощущение. Но однако же это картина автора, коему ты сейчас задал данный вопрос. Сделано это сначала в карандаше, затем в акварели с добавлением гуаши, а затем кое-где и акрилом писано. Однако при фотографировании данного объекта свет лег так, как должен был, то есть правильно, создав определенный эффект.
(К теме «Колеблющаяся на ветру)
2. Прямо что-то японское)
Совершенно верно. Рисовалось –то с поправкой на японскую и китайскую графику, фото которой остались у меня со времен нашего зимнего посещения музея Востока.

(К теме «Златко»)
3. и как же его зовут?:)
3. Его так и зовут-Златко. От перемены мест ударения имя не меняется.
(К теме «Збышек»)
4.мне показалось, что-то другое... больше из мультиков про всякие там поиски, экспедиции...
4. Согласна, тем более что и анимэ все про приключения. А вот мультов с другой графикой на данную тему, может и приходилось видеть, но не помню, к большому своему сожалению. Разве что «Тайна третьей планеты»?
(К теме «Междуречье»)
5. Может, оцифруешь?
5. Частично я ответила на данный вопрос, но если брать его во всей полноте, то нужен аппарат, человеческий фактор тоже играет роль. А потом, многое из того, что было написано, не обработано никаким образом. Да и качество текстов, по сравнению, скажем, с нынешним оставляет желать лучшего. Поэтому не стоит хвататься за старое, нужно идти к новым горизонтам. Во всяком случае, в отношении спрошенного.

14:02 

Будущее есть всегда 5

Взгляд туманный пьет нирвану
На следующий день наша маленькая делегация получила приглашение на бал-банкет, посвященный конференции. Если Збигневу повезло-он взял с собой свой новый костюм, то мне одеть было нечего. Требуемого на таких мероприятиях платья у меня не имелось. Хороши господа! Хоть бы предупреждали заранее! В итоге я огорчилась и заявила Гаврилову, что не пойду…
А на бал хотелось. Очень! Одна мысль, что Збышек будет танцевать с кем-то другим, сводила с ума. Збигнев не мог понять, почему у меня испортилось настроение, ведь нас пригласили на бал. Я, ничего не объясняя, ответила, что на бал он пойдет один. Збигнев нахмурился и задумался. Затем оделся и куда-то уехал, ничего мне не сказав…
Прошело два часа. Збигнев вернулся с какими-то большими пакетами, в которых были напиханы коробки. Прошел на кухню и протянул покупки мне:
-Везьми, пожалуста.
Он скромно потупился и отошел к двери. Я открыла коробку и, с крайним изумлением, вытащила оттуда ослепительно красивое платье, сшитое из темно-синего бархата с золотым шитьем и черными кружевными вставками. В другой коробке лежали туфли. Самые прекрасные туфли на свете и сумочка-клач. А в самой маленькой – золотой кулон, перстень и серьги с топазами.
-Ах! Збигнев... Это же… очень дорого?!
-Не. Не дрого. Хотел сдэлат презент. Нравиться? – Большие серые глаза превратились в смешные щелки. Он расплылся в улыбке. Был просто искренне счастлив, что сумел доставить радость и удовольствие своей любимой.
-Какая красота! Збышек, спасибо! Ты-гений! Потрясающе!!
Что-то еще говорить не было смысла. У кого еще есть такой мужчина? Я, вопя от восторга, повисла на его шее, осыпав его поцелуями. Ну, как его можно было не любить- моего милого, доброго и заботливого Збыша? Он нежно прижал меня к себе.
-Для чебе цо хцешь, Алина. Тылько для чебе.
Когда же страсти улеглись, я померила платье и туфли. Все оказалось мне как раз.
Збигнев внимательно осмотрел платье, полюбовался, кое-где поправил и сказал:
-А то ещче не все. Поеджем в салон красоты. Нас будут ждат. – Он опять скромно опустил глаза. – Моя любима бендже найлепша на бале.
Ну, что тут ответить? Настоящий мужчина!
Не откладывая, мы отправились в салон красоты. Там мне уложили мои рыжие кудрявые волосы, сделав прическу как у самой настоящей светской дамы. Я даже улыбнулась ассоциации: рыжая львиная грива – светская львица. Я была рада всему-прическе, прекрасному мейк-апу, маникюру, наряду... Вообщем, почувствовала себя настоящей принцессой. У моего Збыша даже дыхание перехватило, когда я вышла к нему из салона. Он просто поедал меня глазами. Последним этапом Збыш подарил мне флакон фирменных духов с тонким прекрасным ароматом. Что ж. У Збигнева был прекрасный вкус. Я не удивлялась - он же княжич.


Бал проходил в здании Мэрии. Мы подъехали туда на такси: Гаврилов, я, Збигнев и шведы во главе с Ингрид.
Когда мы вошли, у меня захватило дух. Мы шли по нескончаемым залам. Внутреннее убранство было схоже с Дворцом съездов помноженным на Эрмитаж и Лувр: позолота, лепнина, мраморный паркет, начищенный до блеска, скульптуры и колонны, богатая драпировка. И везде нарядная красота дам и элегантность кавалеров.
Войдя в очередной зал, мы не пошли дальше, а остановились в условленно месте, где договорились встретиться с Кузнецовым. Ингрид с коллегами и Гавриловым остались в предыдущем зале, так как увидели кого-то из своих знакомых. А я и Збигнев уселись на небольшую бархатную банкетку…
После приветственного слова мэра, грянула музыка. Мэр так же сам открыл танцевальный сезон, первым выйдя танцевать вальс с какой-то красавицей.
К нам подошла красивая брюнетка. Темноглазая, загорелая и худая. Ее длинное вечернее платье тихо шуршало по зеркальному полу. И она, отражаясь, словно в воде, величаво плыла к нам навстречу.
Гордо улыбаясь, как Екатерина Великая, она подала Игорю руку, на тонком запястье которой сверкнули крупными бриллиантами золотые браслеты. Кузнецов поцеловал ее руку.
-Дорогая, ты великолепна. – Он тут же принялся знакомить её с нами. – Познакомьтесь, моя жена. Несравненная Фелиция Кузнецова.
Однако не было тепла ни в ее глазах, нив лице, ни в ослепительной голливудской улыбке. Женщина была холодна и надменна. Это читалось во всем-во взгляде, жестах, что, впрочем, она пыталась скрыть за фальшивой и наигранной любезностью. Мне вспомнилась Снежная Королева из сказки Андерсена.
-Надеюсь, дорогой, ты познакомишь меня с гостями?
Голос грудной и мягкий звучал завораживающе, что вообще не вязалось с образом темпераментной итальянской женщины. Да и вообще, она была какой-то нетипичной итальянкой. Может быть потому, что эта сеньора вращалась в великосветских кругах?
Кузнецов с готовностью начал:
– Вот это профессор космической археологии Гаврилов Матвей Ильич. Я про него тебе рассказывал. Это его помошники-Алена Думова и Збигнев Ченски.
Почему-то услышав «Збигнев Ченски» сеньора кисло улыбнулась. Всего лишь на секунду в ее глазах мелькнула ненависть пополам со страхом, любопытством и отвращением.
Кузнецов продолжал знакомить жену со шведами. Он ничего не заметил. Последней он представил Ингрид Ларсен.
Фелиция поморщилась. Выдавив очередное «очень приятно» и «рада видеть» она красивой рукой потерла лоб.
-Прости, у меня что-то разболелась голова, милый. Надеюсь, гости простят, если я на некоторое время вас покину?
-Не волнуйся. – Успокоил ее муж. – Иди, прими какое-нибудь средство и возвращайся.
Итальянка снова кисло улыбнулась нам и, попросив прощения, ретировалась.
Я обернулась и увидела, что в глазах Ларсен застыл гнев и разочарование. Выражение лица Збигнева стало жестким. Я знала, что такое лицо у Збыша бывает только тогда, когда что-нибудь случается. Збигнев молча переглянулся с Ларсен. Нахмурился.
-Збыш, что случилось? В чем дело? – Строго спросила я.
-Я... – Он оглянулся на Кузнецова, наблюдающего за танцующими и довольного жизнью, и закончил шопотом. - ...ей ненавижу. То ест моя таймница. Не могэ сказач. Пшычина несчесчий.
-Збышек... – Я тоже перешла на шепот. Но Збигнев перебил меня:
-Не отдам чебе ей. Никогда.
Я ничего не понимала. Опять какая-то тайна! Кузнецов повернулся и весело поинтересовался:
-Эй, молодежь, чего танцевать не идете? На пенсии сидеть будете. Ну-ка, давайте вперед!
Збигнев оттаял, подхватил меня под руку и потащил танцевать вальс. Танцевать я не умела, но мой милый Збышек озаботился и этим, весьма доходчиво поучив меня танцам. Вообщем, ученицей я оказалась понятливой. И, кстати, назло бальным сплетницам, ни разу не наступила Збигневу на ногу.
Во время вальса Збигнев шепнул мне на ухо, улыбнувшись:
-Kocham ciebie.
Я чуть поднялась и нежно поцеловала его в гладко выбритую щеку. Вот, правда, свои панские усы он так и не сбрил.
Были танцы. Потом был банкет. Потом опять танцы. Меня прегласил даже сам мэр. После он поздравил Збигнева, сказав, что у него самая элегантная партнерша. Я ощущала себя Наташей Ростовой на первом балу. Раскраснелась. Збыш даже отметил:
-Ты светищще.
Збыш не мог оторвать от меня своих счастливых глаз. Мы утанцевались и повеселились наславу. Вообщем, зарядились радостью.
Вернувшись поздно ночью, продолжили веселье уже на квартире. Збигнев просто горел от нетерпения, но я заставила его подождать и помучиться, прежде чем он получил свой «приз».
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

15:37 

Будущее есть всегда 6

Взгляд туманный пьет нирвану
Проснувшись утром и стараясь не разбудить Збышека, я тихо скользнула в душ. Заглянула в зеркало. На меня смотрела очень симпатичная пухленькая девушка с рыжими кудрями. Я улыбнулась своему отражению. Ретро кинозвезда Софи Лорен! А Збыш меня обожает, как вое «я». Да, вчера он, наверное, превзошел самого себя. А что он вчера творил… Ой-ей!...
В то же утро я заявила своим коллегам, что намерена отправиться за город и посмотреть на природу Балиона. Гаврилов разрешил. Збыш вызвался идти со мной. А Кузнецов усмехнулся:
-Там недалеко есть старые полуразрушенные скалы. Но туда лучше не ходить. Говорят, там живет глубинный ужас. Питается органикой.
-Сказки. – Возразила я.- Тут нет хищников.
-Ну, мое дело предупредить. Во всяком случае, мы эти сведения получили из надежных источников. – Он посерьезнел. – Будте осторожны. Если что-я на связи.
Збигнев кивнул:
-Буду заботище о ней.
И вот мы, собравшись, вышли за пределы города.
Окраины Наукограда были заняты под гаражи, склады и производственную зону, которая, впрочем, была создана весьма разумно с экологической точки зрения.
Когда мы покинули эту зону, то оказались перед абсолютно гладкой выжженной солнцем и растрескавшейся равниной. Вдалеке, километрах в 30-ти, виднелись скальные обломки, торчащие над поверхностью, словно гнилые зубы старухи.
Мы шли, время от времени, перескакивая через глубокие трещины.
Раньше я никак не могла выбрать время, что бы поговорить со Збигневым. Я много думала о произошедшем и чувствовала, что все эти истории взаимосвязаны, пыталась построить логическую цепь, но все разваливалось. Не хватало нескольких звеньев.
Вот и сейчас, шагая рядом с Ченски, я думала, как связать воедино Ингрид, Кузнецова, пленников и самого Збыша. Мне было странно, что Збышек и Фелиция повели себя странно и отрицательно отнеслись друг к другу. Может, они раньше были любовниками, а может - врагами. Кто знает?
-Збигнев! – Я остановилась, Збыш тоже.
-А.
-Тебе не кажется, что вся эта история слишком странная. Наверное, мы тут не зря. И раз уж мы здесь, то давай все распутаем.
-Ты о чем?
-Ну, история Ингрид и Игоря весьма загадочна. Сам же сказал, что все не так просто. А рассказ Игоря про оборванцев… Помнишь? И что тебя связывает с Фелицией? Мне кажется, что мы просто обязаны разобраться.
Збигнев посмотрел на меня своими умными серыми глазами и руками развел:
-Но я не полиций, Алина. Не моге. Не вьем. Пощади мне, проше.
-Збышек, зачем ты мне врешь? Или ты думаешь, что я ничего не вижу? Тогда я сама распутаю это дело, а ты сиди и прячь голову в песок, как страус, думая, что ничего не происходит.
Збигнев вздохнул:
-Ладна. Давай вмэсте. Тылько опасно очен. Знам, не зостановичще. Очен упряма.
-Ничего, прорвемся. – Улыбнулась я. Улыбнулся и Ченски.
Мы пошли дальше.
Город постепенно удалялся, скалы становились все ближе. Мы перепрыгнули через очередную трещину, уходившую неизвестно на какую глубину, широкую, будто разделявшую 2 мира.
Збигнев решил остановиться, приложил к глазам зум-бинокль и уставился на горы, любуясь на необычные скальные формы. Я от нечего делать бросала в трещину мелкие камушки, пытаясь выяснить, насколько та глубока.
Неподалеку от нас лежал кусок арматуры «горбушкой» вниз. Толи фрагмент ракеты, толи фрагмент какой-то строительной конструкции: просто две гнутые железяки, соединенные меж собой тремя толстыми металлическими реями.
Збышек позвал меня и залез на верхнюю рейку с одной стороны, я поняла его и села на рейку с другой. Мы качались на этих примитивных качелях, смеясь и дурачась.
Вдруг Збигнев посерьезнел и остановил качание. Он испуганно и неотрывно смотрел в одну точку позади меня. Я обернулась.
Над трещиной, уходившей в длину на много километров, вздыбилась, блестящая гелеобразная масса. Медленно и лениво она наползала на край, подбираясь к нам. Это зрелище было настолько омерзительное, что мой желудок тут же забунтовал и вернул обратно утренний завтрак.
Белесая слизь все вытекала хлюпая из трещины. Путь обратно был отрезан. Мы побежали к скалам, благо до них было не далеко. Можно было бы вызвать спасателей, но они бы не успели, потому что слизь все больше и больше увеличивала свою скорость, пытаясь нас настигнуть. Теперь я поняла, о чем мне говорил Кузнецов.
Меня трясло от страха и омерзения. Мы достигли скал. Гадкое желе отстало от нас метров на сто, но не отказалось от желания догнать.
Нас ждало разочарование. Скалы в близи оказались гладкими, отполированными ветром, водой и песком. Зацепиться было не за что. Влезть хотя бы куда-то не получалось. Бегать и искать укрытие времени так же не было. Неожиданно Збигнев, завернувший, ради любопытства, за колоссальных размеров, обточенный камень, позвал меня.
За камнем оказался закрытая на электронный замок бетонная водоносная скважина.
-Ты хочешь забраться на нее? Но мы вдвоем там с трудом поместимся. - Заметила я. Збигнев помотал головой, отвернул полу куртки. Рядом с его всегдашней поясной сумкой на ремне обнаружилась кобура, из которой он достал оружие.
-Наградный. – Пояснил он, увидев мое вытянувшееся лицо.
Он прицелился и парой выстрелов разнес вдребезги коробку электронного замка. Рванул вверх люк, и тот, с громким всасывающим воздух звуком, открылся, обнаружив вакуумное уплотнение. Мы заглянули внутрь. Збигнев посветил вниз фонарем. В стену колодца была впаяна ржавая железная лестница, еще довольно крепкая, а дно колодца находилось метрах в трех от уровня поверхности планеты.
-Лез! – Скомандовал Збыш.
Я не заставила его повторять приказ и, когда он подсадил меня, ловко перемахнула край железобетонной конструкции. В памяти всплыл случай из детства, когда мы с подружкой на даче лазили за яблоками в сад соседского мальчишки. Правда история тогда закончилась дракой. Санек не потерпел чужих на своей территории. Зато теперь Санек женат на той самой подружке.
Когда я немного спустилась, в шахту залез и Ченски. Он с усилием хлопнул люком. Наступила темнота. Однако молодой человек включил фонарь и повесил его за лямку на шею. Мы полезли вниз. Мне было как-то не по себе. В этом колодце воды никогда не было, судя по стенам шахты. Тогда для чего он?
Дно оказалось почему-то отполированным до блеска. Впрочем, спустившись, мы попали в темный каменный коридор, в котором даже стены и потолок были отполированы. Я заметила, что средство связи не работает.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

15:47 

Будущее есть всегда 7

Взгляд туманный пьет нирвану
Свет фонаря растворялся в темноте прохода, открывшегося перед нами. Значит, коридор очень длинный, а еще имеет уклон вниз. Странный колодец!
Ченски шел впереди, освещая дорогу и оглядывая стены. Пистолет он держал наготове.
Мы надеялись, что сумеем выбраться и попасть обратно в Наукоград. Но чем дальше мы шли, тем сильнее нас терзали сомнения. Тем более, что мы не знали, что твориться на верху, и предполагали, что слизь не найдя нас схлынет. Однако когда это ожидается и сколько для этого потребуется времени-это был главный вопрос.
Збыш тащил на себе наши рюкзаки и молчал. Я становилась.
-Збигнев.
-М?
-Тебе не кажется, что коридор стал как-то уже?
-Не. Правда узки.
Мы шли и шли, пока я не заметила, что Ченски идет, наклонив голову, потому что потолок стал намного ниже, чем был в начале. Затем Збышек вообще согнулся, а мне пришлось тоже склонить голову. И тут я предложила сделать привал. Он согласился. Мы расположились на полу на собственных куртках. Я устала, была голодной и напуганной.
-Нас, наверное, ищут. – Предположила я.
-Угу. – Согласился молодой Ченски.
Он задумчиво посветил вперед фонарем.
-Попалы. Там тупик ест. – Неожиданно сказал он.
Свет фонаря отражался впереди от гладко полированной стенки.
Сил уже не было. Мы слегка перекусили сухим пайком. Збигнев погасил фонарь, погрузив нас в полную темноту.
Я почему-то не сомневалась, что идти обратно очень опасно. Однако меня очень заинтересовал один вопрос: относится ли эта слизь к эндемикам или это существо искусственного происхождения, порожденное чуждой, неведомой нам цивилизацией?
Збышек молчал. Вокруг была невыносимая тишина, только индикатор связи горел желтым светом. Странно. Не так уж и глубоко мы забрались, а связь не работает.
Я вспомнила институтскую поездку на Урал, где мы опускались в пещеры на большую глубину, но там связь отлично работала. А тут… Словно кто-то специально глушил сигнал. Для чего?
-Nie wiem. – Вдруг сказал Збигнев. Я сообразила, что он ответил на мой безмолвный вопрос.
-Збигнев, ты что, мысли мои читаешь? Делать тебе, что ли, нечего? – проворчала я.
Из темноты послышался хрипловатый и мягкий збышев голос:
-Мыщлиш … эээ… громке.
Я хихикнула. Когда-то в детстве мы с сестрой читали книжку «Алиса в зазеркалье», где жители этой чудной страны думали хором. Было темно и не видно выражения лица Ченски, но, судя по его ерзанью, он был доволен произведенным эффектом.
-Збышек.
-А.
-Что делать будем?
Ответа не последовало. Может, он пожал плечами, может, развел руками, но я услышала только его вздох.
Неожиданно он нежно обхватил меня сзади руками. Я резко повернулась. Не знаю, как он в темноте вычислил, где находится мое лицо, но он не дал мне произнести ни звука, прихватив мои губы крепким и страстным, как никогда, поцелуем. Я не стала сопротивляться. Только почувствовала, что на этой чужой планете, в этом странном опасном месте у меня нет никого ближе, чем Збигнев. А был он более чем близко.
Дальше поцелуя дело не пошло. Он отпустил меня и отстранился.
-Я… - Ченски запнулся, помолчал и договорил. – …боющ чебе потэрят, Алина. Не знесэ тэго.
Голос его как-то трагически дрогнул. Он снова помолчал и продолжил:
-Очэн не хчел идти и не смог зоставич чебе едну. Зря пошли.
Мне стало его жалко.
-Милый Збышек, это я во всем виновата. Мои упрямство и любопытство сыграли с нами злую шутку и… Збыш! Что это?!
Он тут же включил фонарь. Под курткой я нащупала что-то ребристое. Откинув ее, я еще раз прошлась пальцами по поверхности пола. Луч фонаря выхватил еле видный, утопленный в пол, люк, крышка которого была украшена непонятными значками, выгравированными по металлу и отполированными до идеальной поверхности вровень с полом. Именно поэтому мы и не заметили люк раньше. Интересно, зачем он здесь и куда ведет?
Збигнев озадаченно потер высокий лоб рукой, а затем посмотрел на меня и улыбнулся. Похоже, Ченски был рад, что все так решилось. Я тоже испытала облегчение: значит, мы скоро будем дома. Только как открыть этот люк нам еще предстояло подумать.
Збыш заковырялся в своей поясной сумке. Я не могла даже представить себе, что у него там лежит.
Он вытащил две стальные отвертки-плоскую и крестовую. Вторую, правда тут же убрал.
Поддел край, поднатужился и с тяжким вскриком приподнял крышку. С жалобным скрипением она приоткрылась, когда Збигнев, крепко сжав зубы, рванул ее за край вверх, а потом и вовсе отвалилась, оттолкнутая нами. Перед нами разверзлась шахта диаметром в 2 м. Збыш, тяжело дыша, вытер мокрый лоб и уселся передохнуть на край круглой дыры. Уусмехнувшись, порылся в кармане и вытащил большой тяжелый авиационный болт и тут же кинул его вниз, поглядев на часы.
Прошло несколько минут, а мы так и не услышали звука удара.
-Глубоко. – Я с ужасом посмотрела вниз. К счастью шахта была не темной. Через равные промежутки ее стенки освещались световыми панелями. Вниз вела крепкая стальная толстая лестница, вмонтированная в стену. Я поняла, что нам придется лезть вниз и неизвестно сколько. Конца шахте не было видно. Снизу сильно дуло. У меня закружилась голова, и слегка затошнило. Я отползла от края и заявила:
-Я туда не полезу. Мне страшно.
Збигнев сопнул. Он мог знать, о чем я думаю, а вот я – нет. Что за мысли роились в его голове? Он растянулся на голом полу, Заложил руки за голову и хрипловато скрипнул:
-Тогда мы умрем.
-Да, очень впечатляет. Так и представляю, что наши мумифицированные тушки выудят отсюда лет эдак через сто. – Съязвила я. Что еще оставалось в этой идиотской ситуации? Только подшучивать друг над другом.
-Ага. Нас прымут за вымыршых корних жилцов.
Я, улыбнувшись, поправила его:
-Нет, Збышек. Жильцы-это те, кому мы не даем заснуть ночью. А коренными могут быть либо зубы, либо жители.
Збыш опять усмехнулся. Теперь он сидел на краю. И смотрел вниз. Поток воздуха трепал его коротко стриженные перьями волосы.
- Не ма другего выхода. – Спокойно произнес он.
Я и сама понимала, что наверх лучше не выходить, а выйти отсюда можно только так. Вздохнув, я одела на плечи свой рюкзак. Збигнев полез первым. Я попробовала ногой первую ступеньку. Мне почему-то казалось, что она будет скользкой, но ожидания не оправдались. Тогда я осторожно начала спуск вниз.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

15:45 

Анна-Марья по русски

Взгляд туманный пьет нирвану
Анна-Марья
Czerwony gitary
(художественный превод с польского)

Взгляд прекрасный и печальный.
Улыбаться ты не хочешь.
У окна стоишь напрасно
От зари до поздней ночи

Анна-Марья...
Анна-Марья...

Только о тебе все думы,
Только об одном страданья:
Хоть бы издали взглянула,
Подарив момент желанный

Анна-Марья. Одна грустит.
Анна-Марья. Все в даль глядит.

Я б хотел увидеть снова
Свет очей твоих печальных
Я б хотел поверить в то,что
Всеж меня ты любишь тайно.

Анна-Марья. Одна грустит.
Анна-Марья. Все в даль глядит.

Лет минувших, дней прошедших
Не вернуть назад. Уж поздно.
Тот, кого всегда ждала ты.
Не придет уже под окна.

Анна-Марья. Одна грустит.
Анна-Марья. Все в даль глядит.

15:49 

Будущее есть всегда 8

Взгляд туманный пьет нирвану
Лезли мы по лестнице очень медленно и долго. Шахта все не кончалась и не кончалась. У меня устали руки и ноги, я замерзла и испугалась еще больше. Боялась отпустить руки, сорваться и сбить своего парня. А хуже всего приходилось Збигневу, который не только спускался, но и подстраховывал меня снизу.
-Больше не могу. – Пожаловалась я и повисла на очередной ступеньке. Остановился и Ченски. Вместо сочуствия он посоветовал мне еще немного потерпеть. Но я не сдержала эмоций и расплакалась. В ярости я трясла лестницу и долбила по ней кулаком и проклинала здешних строителей. Збигнев молчал. Похоже, он обиделся. Или ждал, пока я выпущу пар. Только когда мои эмоции иссякли, я заметила, что он уже далеко внизу.
-Збыш!!!
Он продолжал медленно карабкаться по лестнице вниз и не отвечал мне.
Вскоре я догнала его. Он все равно молчал, как партизан на немецком допросе. Все лез и лез.
-Збышек! – снова окликнула я его, утирая пот со лба. Он остановился, посмотрел вверх, нахмурился и спокойно попросил с легким укором:
-Помолчи.
Конечно, он сердился, просто держал себя в руках. Уголок его рта, сжатого и вытянутого в строгую линию, нервно дернулся. Теперь я испытывала угрызения совести.
Так мы и лезли. Я запыхалась. Руки и ноги онемели и плохо слушались. И вдруг я уловила плеск воды.
-Збыш, ты слышишь? – спросила я Збигнева. – Это вода шумит! Вода, Збышек! Значит, скоро наши муки кончатся!
Збыш прислушался.
-Да. Вода. – Флегматично согласился он.
Внизу показалось темное отверстие - вероятно, конец нашего пути. И тут я подумала, а вдруг эта лестница уходит в воду, и дальше пути нет? Поделилась соображениями с Ченски.
-Не. Там тварде дно. Быч не може. – Успокоил он меня.
И когда наш путь должен, казалось бы, счастливо закончиться, все закончилось странно. Лестница доходила до конца круглого выхода из шахты, находящегося над каменистой поверхностью на высоте 5-6 м. Мы зависли. Збигнев смотрел вниз и о чем-то думал.

Когда я окончательно оттянула себе руки и ноги, Ченски кое-что придумал. Он отнял от лестницы правую руку и завернул ее себе за спину. Сзади на рюкзаке висела Бабина с толстой крепкой веревкой, столь необходимой в походах. Ну и запасливость! Я даже слегка испытывала зависть.
Збыш нащупал Бабину, но спустить ее с металлического запора оказалось делом не таким уж и простым. Он возился, ерзал, еле слышно ругался, ворчал по-польски, пыхтел. Послышался щелчок. Ченски добился своего. Запор открылся, Збигнев с победным возгласом вытащил руку с Бабиной из-за спины. Теперь же он, обняв лестницу, держась локтями, что бы освободить себе руки, начал осторожно разматывать веревку.
Отмотав достаточное ее количество, он привязал ее конец крепко-накрепко тройным морским узлом за четвертую от конца ступень лестницы. Попробовал, подергал и удовлетворенно крикнул мне:
-Эй! Щлезайем!
-Вдруг она оборвется? – меня мучили сомнения.
-Не. Крэпка. Давай!
Осторожно он скользнул по ней вниз. Его ноги, как и мои, затекли, поэтому, коснувшись ими твердой поверхности, он не удержался и упал, увлекаемый вниз тяжестью собственного рюкзака.
Все еще пребывая в сомнениях, я тоже попробовала веревку. Хоть она была крепкой и толстой, но, все равно, предательски заскрипела под моим весом. Я решилась. К тому же надо было помочь Збигневу.
-Ой, мамочка! – завизжала я от страха, когда, обжигая руки, поехала вниз. О помощи Збигневу нечего было думать, так как, доехав до конца, я почувствовала все «прелести» нашего приключения. Ноги не хотели стоять. Я шлепнулась на холодный каменный пол.
Так мы и лежали: я на правом боку, Збышек-на левом.
«Да. Если так и дальше пойдет, я рожу раньше, чем положено.» - Подумала я и испуганно поглядела на Збышека. Он даже не делал попыток прочитать мои мысли, он просто пытался подняться, хрипловато постанывая вполголоса. Все ж сесть у него получилось. Он сбросил свой рюкзак с плеч и подполз ко мне. Сняв с меня мою ношу, он усадил меня, прислонив к холодной стене.
-Алина! – тревожно позвал Ченски.
-Все в порядке, Збыш. – заверила его я, хоть в порядке вряд ли было все.
Он прижал меня к себе и погладил по голове. Неожиданно под моей «пятой точкой опоры» обнаружилось что-то твердое. Я сунула вниз руку и вытащила… авиационный болт!
Мы обалдело посмотрели на предмет, переглянулись. Збигнев Ченски не выдержал и рассмеялся.

Пока мы набирались сил, сидя у грубой каменной стены, я рассматривала то место, где мы оказались, вернее правильнее было бы сказать «куда мы выпали из трубы».
Это был туннель, наподобие тех, что прокладывают для метрополитена, только гораздо шире и выше, освещенный тусклым светом все тех же световых панелей, покрытых толстым слоем пыли.
Посередине тоннеля, где по идее должны были проходить рельсы, журчал полноводный поток, заключенный в грубо высеченные, высокие каменные парапеты, от которого несло тухлятиной.
В подземелье было холодно, а над водой поднимался рваными хлопьями туман.
-Канализация. – Произнесла я с отвращением.
-Так. Она ест. – Согласился Збигнев и мечтательно посмотрел в потолок. – Но то хорошо. Значи пойджем до дому.
Я кивнула и тут же поморщилась:
-Фу! Ну и вонь!
Збигнев спокойно пощипывал ус и прикидывал, в какую сторону нам податься «до дому».
Тоннель уходил далеко в перспективу в обе стороны, но по правую руку где-то далеко-далеко поворачивал. У Ченски в кармане обнаружился самый обычный компас. Я посомневалась, будет ли компас работать на чужой планете. Молодой поляк загадочно улыбнулся, повертел компас на ладони и кивнул, с чем-то согласившись.
-Нам до туда. – Показал он рукой направление к далекому повороту.
Мне уже не хотелось никаких приключений и исследований. Хотелось только домой, в душ и теплую постель. От хорошего ужина я бы тоже не отказалась.
-Щилы ест? Идти можешь? – заботливо поинтересовался Ченски.
По правде ноги и руки у меня еще не отошли от долгого лазанья по воздуховодным шахтам, но я здорово замерзла, а что бы согреться требовалось движение.
-А что? Есть варианты?
-Не. –Пожал он плечами.
Встав на трясущиеся ноги, подняв рюкзак трясущимися руками, я для начала походила туда-сюда, чтобы размяться.
Мы пошли. Очень медленно. Но это было лучше, чем сидеть и умирать около этой тухлой речки. Збигнев признался, что его шатает.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

16:14 

Будущее есть всегда 9

Взгляд туманный пьет нирвану
Кое-где света не было. Один из таких значительных по протяженности отрезков тоннеля проходил в полной темноте. Хорошо, что у Збыша был при себе фонарь.
Дойдя, приблизительно, до середины этой длинной темной части нашего пути, мы услышали громкий всплеск и обернулись. Збигнев из предосторожности погасил фонарь, вытащил оружие и загородил меня собой.
Сначала я ничего не увидела, выглядывая из-за збышева плеча, но потом…
Сердце бешено заколотилось от страха. На нас из темноты смотрели два больших, раскосых, кроваво красных глаза. Было тихо, как в могиле. Вот уж поневоле поверишь в вампиров! Збигнев оставался спокойным.
И вдруг в полной темноте раздался громкий крик. Я заткнула уши. Крик этот был похож на рык, вперемешку со слоновьим ревом и железнодорожным гудком. От него кровь стыла в жилах. Еще минута и глаза резко опустились с трехметровой высоты. Послышались скребущие звуки. Неизвестное нам существо готовилось к прыжку. Збинев напрягся.
И существо прыгнуло.
Збигнев выстрелил. Еще и еще. Красные глаза погасли. Мы услышали грохот, будто уронили шкаф.
Ченски включил фонарь, и луч выхватил из темноты нечто лохматое, лежащее в пяти метрах от нас.
Существо напоминало не то гориллу, не то медведя. Под ним натекла большая лужа черно-красной крови. Мы подошли ближе. Я заметила, что у него кисти ног и рук вполне человеческие, только покрытые редкой мягкой шерстью и очень большие с длинными, как у тигра, когтями.
Я наклонилась и взглянула в его раскосую морду и тут же отшатнулась и вскрикнула от неожиданности. Покрытое шерстью лицо было вполне человеческим. Убитый смотрел на меня незакрытыми глазами, в которых перемешались боль, страх и удивление. Мне было жаль до боли это странное существо настолько сильно, что я заплакала.
-Это же человек! Збышек, зачем ты убил его?! За что?! Это не честно! Он же безоружный!
-Он бы щъел нас. – Ответил Збигнев, которого очень огорчил исход дела. – Был чловек. Юж не. Монстер. Мутант. Не чловек. Не.
Я продолжала плакать, размазывая слезы по щекам. Ченски обхватил меня и начал мягко отталкивать от трупа.
-Идем, Алина. Юж ниц не сдэлайеш. Ест мяртвы.
Он уговаривал меня, успокаивал, целовал мое лицо, прижимал к себе и оттаскивал все дальше и дальше, стремясь скорее выйти на освещенное место.
Успокоилась я только когда мы вышли на свет.
Мы остановились. До поворота оставалось всего ничего. Я устало обняла Збигнева. Он молчал, спокойно поглаживая мой затылок. Что ж. Там в темноте он защищал меня.
-Я очень люблю тебя, Збышка. – Прошептала я.
-Знам. И я. – Ответил он спокойно.

За поворотом не оказалось чего-либо необычного. Все тот же туннель, та же набережная с тухлой рекой. Но данный путь был короче и заканчивался стеной, в середине которой располагался огромный круглый коллектор, куда с громким грохотом сливался водный поток. Судя по гулу, по ту сторону коллектора был целый водопад.
-И куда нам теперь?
-Помыщли.
Мы так устали, что валились с ног. К тому же мы были голодны. Взглянув на часы, я обнаружила, что уже час ночи.
У нас оставалось еще 2/3 пайка. Поев немного, мы расположились на полу на собственных куртках. Вместо подушек положили рюкзаки под голову.
Я погрузилась в сон не чувствуя ни собственных рук и ног, ни прохлады и твердости пола, ни запаха.

Мне снилось, что я лежу на животе на жесткой-пережесткой медицинской кушетке, стоящей на заснеженной вершине огромной горы. От вида облаков захватывало дух. Странно было то, что мне было вовсе не холодно. Солнце пекло мою спину.
От этой чудесной картины и тепла становилось просто хорошо. И даже жеская кушетка не могла омрачить настроение. Однако даже малейшее движение могло спровоцировать падение.
У меня засвербило в носу. Я делала отчаянные усилия, чтобы не чихнуть, но не удержалась. И чихнула. Падая, я за что-то ухватилась и проснулась.
Сначала я никак не могла понять, где я нахожусь. Но, открыв глаза, обнаружила, что лежу сверху на Збыше, свернувшись на его животе. Он обнимал меня правой рукой, а левую положил под голову. Сверху меня укрывал мой большой шерстяной палантин, который я предусмотрительно сунула в свой рюкзак. А под Збигневым, кроме курток, лежал небольшой туристический коврик. И как ему не тяжело?
Ченски постарался создать уют и таким образом грел меня и грелся сам. Да. Очень сообразительный молодой человек. У меня самый предусмотрительный муж… Муж? Муж?! А! Муж! Муж-чи-на! Вот.
Збышек улыбался во сне. Наверное, видел что-то хорошее. Но при этом он внушительно похрапывал. Мне в голову пришла забавная мысль. Я подумала, если мы все же поженимся, то мне предстоит слушать «мужикальное сопровождение» каждую ночь. Как же это произведение назвать? Сонная соната? Нет. Не подходит. Художественный храп? Не похоже. Ночная симфония? Пожалуй. Соло для храпа с оркестром. Исполняет виртуоз всея Польши пан Збигнев Иваныч Ченски.
Я тихо посмеялась над своей буйно разгулявшейся фантазией. Потом стала разглядывать лицо спящего. Протянула руку и погладила его по худенькой бледной щеке. Он был такой красивый, когда спал!
Я легонько провела пальцами по усу, обрамляющему уголок рта. Збыш дернулся, сказал что-то непонятное по-польски, но похрапывать перестал.
Будить его не хотелось. Но настала пора вставать. А потому я потянулась и легонько поцеловала его в щеку. Интересно, человечек в моем животе чувствует своего папу?
-Збы-шень-ка.
Ченски медленно выплыл из царства морфея. Потянулся и открыл глаза. Я улыбнулась:
-С пробуждением, милый.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

14:37 

"Игла" Кадры из фильма

Взгляд туманный пьет нирвану
Кто не слушал в свое время группу Кино? Да и фильм Рашида Нугманова «Игла» смотрели многие. Запомнившиеся кадры осели в голове и были перенесены на бумагу в 1996 г. Нелепая гибель В. Цоя до сих пор ассоциируется с последним кадром фильма. Много воды утекло…

14:40 

Будущее есть всегда 10

Взгляд туманный пьет нирвану
Теперь нам нужно было решить, как быть дальше. Ничего не придумывалось. Я сидела, обняв колени руками, глядя на коллектор. Збыш вздохнул, сел рядом, привалился спиной к стене, порылся в кармане куртки, вытащил гармонику и задумчиво приложился к ней. Раньше я не замечала за ним особой любви к музыке. Но сейчас он сидел возле меня и негромко скрипел на инструменте. Раз за разом он пытался подобрать какую-то мелодию, но никак не получалось. Звуки меня не раздражали. Наоборот, думалось под них легче.
Складывалась очень странная ситуация. Ушли от одного тупика, чтобы оказаться в другом. Может быть, тут тоже есть какие-нибудь люки? Я поозиралась. Люков не было. Только если в коллектор головой и плыть по течению…

Я разглядывала стену над коллектором. Освещение там отсутствовало, и коллектор тонул в полумраке. Просто стена. Темная. Грубая. Вырубленная из камня. Но что-то в ней было не так. Но что? Я пригляделась и заметила то, что было скрыто от глаз в сумраке. Почти под самым сводом потолка стена имела уступ, почти не заметный глазу, сливающийся с неосвещенным участком стены. Он, как мост, соединял стены тоннеля, а забраться туда можно было лишь встав на самую высокую точку круглого коллектора.
-Збигнев! – позвала я.
Збыш оторвался от инструмента - он вот уже сорок минут непрерывно скрипел на гармонике. Теперь он вопросительно глядел на меня и ждал, что же я ему скажу.
-Дай мне, пожалуйста, зум-бинокль. – Только и попросила я. Мою догадку требовалось срочно проверить. Он протянул мне прибор.
Я пригляделась и точно. Уступ, по обе стороны которого чернели невысокие проемы.
-Гляди! Вон там!
Збыш взял из моих рук зум-бинокль.
-Да. Ест цош. А ещли то не выход?
-Збышек, думай. Сюда наверняка приходят рабочие проверять канализацию. Летать, сам понимаешь, они не умеют и добираются сюда только таким образом.
Збигнев хмыкнул задумчиво и покачал головой.
-Висока. Но попытачще можна. – Задумчиво произнес он. Он убрал гармонику в карман куртки и начал рыться в поясной сумке, пытаясь найти что-то.
Тем временем, я забралась на парапет, глядя вниз на мутный поток. Может, я принюхалась, а может, температура воды здесь была ниже, но запах чувствовался уже не так сильно.
-Эй! Алина! Алина! Упадэш! Острожна! – Это Збигнев забеспокоился.
Он уже нашел, что хотел. В руке у него был десантный трос, уже знакомый мне по приключению на Альбане. Только этот был оснащен автоматическим подъемником и заканчивался тройным крюком по-простому называющимся «лапа».
Я не могла представить, за что Ченски зацепит это приспособление. Збигнев забрался по решетке на коллектор и принялся ощупывать край уступа ладонями. Залезть Збыш туда не мог - роста он был не высокого, вот почему он надеялся на чудо военной техники. Зацепив лапу за что-то (за что я поняла потом) он повис на тросе. Катушка начала наматываться, медленно поднимая его вверх. Я следила за этим, затаив дыхание, боясь, что механизм сломается или крюк оторвется. Однако ничего не произошло. Ченски добрался до верха и… ухватился за край уступа обеими руками! Уступ оказался скрытым в полумраке балкончиком. Збигнев бросил мне сверху отмотанный трос с крюком.
-Уцепы рюкзаки! – Крикнул он. – Тылько острожна! Проше!
После рюкзаков пришла и моя очередь. Ченски, зная мои габариты, побоялся цеплять лапу за перила балкончика. Он просто кинул мне трос. Я ухватилась и, зажмурившись, медленно поползла вверх.
Нам пришлось хорошо поработать: Збигневу, обмотав трос вокруг спины, хорошенько поднатужится, что бы вытащить меня, а мне поработать руками и ногами, что бы избавить поскорее своего милого от поднятия тяжестей.
Он втащил меня за ворот, пыхтя и отдуваясь не меньше, чем я.
Он, похоже, уже решил, куда мы двинемся дальше, включил фонарь и вошел в темный коридор, потолок которого едва не задевал головой и поэтому шел слегка склонив голову. Коридор был не только низкий, но и узкий. Двое с трудом могли разойтись. Шагая вслед за молодым Ченски я удивлялась, как тут ходят ребята из ремонтной бригады, и почему канализационные коммуникации находятся так далеко от города. В том, что это канализация Наукограда я не сомневалась.
Мы все шли-шли и выбрались в более просторный и высокий коридор. Такой же темный, как и предыдущий…

Мы снова шли вслед за лучом фонарика. Впереди показался какой-то серый проблеск.
-Щвят?! – Удивился Ченски.
-Похоже. Может мы уже пришли?
Молодой человек пожал плечами в ответ.
Это и правда был слабый дневной свет, пробивающийся через участок из толстого-претолстого стекла, кольцом образующего стены и потолок. Что-то двигалось за пределами этого стекла. Я почти прилипла носом к стеклянной стене, пытаясь разглядеть, что за ней. И сразу, испугавшись, отпрянула прочь, ухватившись за Збигнева.
-Збышек, там это гадкое и склизкое нечто! Пойдем скорее отсюда!
Збигнева не пришлось долго уговаривать.
-Щлиз? – Поинтересовался он, когда мы отошли на приличное расстояние.
-Угу. - Меня передернуло от омерзения. –Гадость какая!
-Успокойще, сокровисче. – Ласково сказал мне Збыш. – Она не страшна. Она ест там, а мы не. Не бойще.
Я улыбнулась:
-Как у вас в Польше говорят? Дженькуэ бардзо?
-Не ма за цо, Алина. – Улыбнулся он в ответ.
-Это как?
-Не-за-что. – Старательно объяснил он…
Он улыбался. От его теплой и доброй улыбки становилось просто хорошо.
-Можно спросить неудобный вопрос?
-Конечнэ можна.
-Почему ты не стремишься избавиться от акцента и выправить свою речь? Ведь на других языках ты говоришь очень чисто. Тебе не мешает русско-польский компот?
Збыш фыркнул. Подумал и ответил:
-В другий раз. А ты не хцеш учич польскего.
-Послушай, не обижайся. Я не упрекаю вовсе. Просто интересно.
-З чэго? Не. Може потэм. - Усмехнулся он.
-Збыш, а можно тебя спрашивать…
Я не докончила фразу. Он меня перебил:
-Так. Можна. А то!-Он и не обиделся. Просто смотрел на меня своими умными и добрыми глазами.-Алина. Очэнь рад тэму.
В этих больших серых глазах можно было утонуть. Мы взялись за руки и проследовали дальше.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

14:11 

Будущее есть всегда 11

Взгляд туманный пьет нирвану
Мне с ним было интересно. Этот интерес был скорее профессиональный. Я сочла, что это здорово, когда молодой человек необычен. Конечно, я бы не могла выйти замуж за африканца или китайца-слишком уж мы разные. Но кто знает… Любовь зла. А Збигнев, пусть поляк, хоть и не полностью, но как-то ближе мне, и, в тоже время, другой.
-А мне ровно. – Вдруг усмехнулся Збигнев.
Опять он прочел мои мысли. Это раздражало.
-Збышек! – Недовольно воскликнула я и пихнула его в плечо.- Прекрати сейчас же!
Он виновато покосился на меня:
-Прощти мне, пожалуста. Я не хцел. Очэн выноват. Так само вышло. – Тихо попросил он. Ругаться на него было бесполезно. Я поставила себя на его место и поняла, что чтение мыслей у Збыша происходит неуправляемо и бесконтрольно.
-То свойство мне мешаэт. Я не хце, но ниц не могэ. Лутше его бы не было.
-Ладно. – Согласно кивнула я. – А я тебя понимаю, Збыш. Тебе ведь тоже не приятно?
-Угу.
Мы не заметили, что дошли до конца коридора… И тут я засмеялась. Коридор заканчивался очередным тупиком. Привалившись к стенке спиной, я ржала как лошадь и не могла остановиться. На лице Збигнева появилось крайнее недоумение. Он счел, что его боевая подруга спятила. Выражение его лица было настолько забавным, что это давало еще больший повод для смеха. Отсмеявшись, я поинтересовалась:
-Что видит пан Ченски?
-Щтяна. – Растерянно выдавил пан Ченски.
Меня снова разобрал смех.
-«Щтяна!» Ой, не могу! Да это же снова тупик! Ты понимаешь, Збышек?! Ту-пик! Ха-ха! Нас тут определенно любят!
Ченски стоял и чесал в затылке.
Не разумем. Гже ест выйсце?
Пока я смеялась, он, освещая, фонариком стены искал выход. Его радостный возглас остановил мой смех. Збыш светил вверх. На потолке обнаружился еще один люк, к которому вдоль стены поднималась еще одна лестница, наподобие той, что была в колодце.
Молодой человек полез вверх. Он подумал, видимо, о том же, о чем и я: люк закрыт снаружи.
-То правда. Замкненты. – Проваорчал он с сожалением, когда потрогал его рукой.
Я слышала, как он пыхтит и ворчит себе под нос, пытаясь понять, как люк открывается. Затем наступила тишина, которую нарушили через несколько минут громкие выстрелы. Что –то хлопнуло. Запахло жженой изоляцией. Сверху посыпались искры.
Ченски уперся рукой в люк и тот с лязганьем сдвинулся с места, впуская неяркий электрический свет в темноту коридора, а потом и вовсе отвалился в сторону.
Я рано радовалась, так как мы выбрались еще в один коридор, очень длинный, освещенный световыми панелями, вмонтированными в потолок, но имеющий более цивилизованный вид. По обеим сторонам располагались колоссальных размеров металлические двери. Я сразу поняла, что это складские помещения.
В одном месте створка была приоткрыта, и я ради любопытства, зашла внутрь. Это и правда был склад. Просто огромных размеров длинная комната. Только очень заброшенная какая-то. Вдоль стен располагались леса, на которых стояли пластиковые, металлические, деревянные, картонные ящики и контейнеры. Все это имело различный размер, а кое-где обтянуто брезентом, но при этом покрыто очень толстым слоем пыли.
Збигнев Ченски проник на склад следом за мной. Увиденное привело его в полную растерянность.
-Но… то склад! Для чего он ест?
-М-да. И, похоже, тут не наводили порядок лет двести или триста. Хотелось бы мне знать, чье это богатство, но я даже думать боюсь.
-Хцел бы знач то. – Вздохнул Ченски.
Я обернулась. Збигнев нахмурился и смотрел на меня, предчувствуя мою догадку.
-Збышек, это не канализация Наукограда. Я, кажется, знаю, где мы. Это…Это Машинград! Это его склады! Мы на чужой территории!
Молодой поляк как-то огорченно кивнул. Он задумчиво огляделся. Стащил с головы свою кепочку и потер лоб рукой.
-Понимайю...

Я двинулась вперед. Мне хотелось рассмотреть получше это странное помещение. Ящики нижнего яруса под лесами стояли не строго вряд. Некоторые из них были выдвинуты или просто отсутствовали, и на их месте зияла темная брешь.
Пройдя немного, мы услышали какой-то странный шорох. Збигнев опять вытащил оружие и спрятал меня за собой.
Шорох раздавался из-за одного из нижних пыльных контейнеров. Ченски осторожно подкрался и, держа пистолет в вытянутых руках, молниеносно завернул за контейнер. Раздался визгливый вскрик. Я выскочила из-за угла и резко притормозила за спиной у Збигнева. Он стоял, опустив руки с оружием вниз, озадачено глядя на девочку-подростка лет 15, вжавшуюся в пыльный и темный угол между стеной и железным ящиком и закрывающую голову тонкими руками. Девчонка была одета в грязную рваную тряпку, растрепана, с босыми ногами, которые она поджала под себя словно большая птица. Казалось, что ее очень длинные волосы кто-то оборвал, а руки вымазал в грязи. Замарашка была напугана. Збигнев рассматривал это чудо и не знал, что ему делать. Я решила установить контакт и попыталась успокоить девочку:
-Не бойся нас. Мы тебе ничего не сделаем. Ты кто? Как тебя зовут?
Девчонка опустила руки, недоверчиво и со страхом посмотрела на нас. Она молчала. Я подошла ближе. Она еще больше вжалась в угол и оскалила острые зубки.
За моей спиной началась какая-то возня. Повернувшись, я увидела, что Збыш катается по полу, борясь с длинноволосым парнем, одетым в такое же тряпье, как и девочка. Пистолет лежал где-то между ящиками.
-Час от часу не легче! Перестаньте сейчас же! Отпусти Збигнева! Слышишь ты, Тарзан! – Закричала я в ужасе, бросаясь на помощь Збигневу. «Тарзан» был сильный, он перевернул Ченски на спину и теперь стискивал его горло обеими руками, свирепо рыча. Збыш старался отделаться от молодчика, оторвать его руки от своего горла, хрипел и извивался. Я же пыталась оторвать безумного парня от Ченски, отпихнуть его. Однако получалось у меня плохо.
Неожиданно девица сорвалась с места и с визгом вцепилась в мои волосы. Я оставила парня, пытаясь отодрать девчонку от себя. Мне это удалось, ведь я была старше и сильнее. Я отбросила ее в сторону. Заметила, что за моей спиной наступила странная тишина. Я боялась, что все кончилось плохо. Но, обернувшись, увидела довольно непонятную картину. Збигнев и юноша сидели напротив друг друга. Юнец уже не душил Ченски, он смотрел в его лицо будто завороженный, а Збигнев, закрыв глаза, держал его за запястья. У меня сложилось впечатление, что они оба сейчас не здесь.
Девочка тоже не отрываясь смотрела на них. Через несколько минут юноша дернулся и вырвался из рук Збигнева, с воплями метнулся к девице, схватил ее и, закрывая собой, утащил в угол, где и затих, глядя на молодого человека.
Збыш начал опускаться на пол. Я еле успела его подхватить. Я держала его обмякшее тело в своих руках и боялась только самого страшного. Расстегнула ему куртку и прижала ухо к его груди, пощупала пульс. Сердце билось. Но Збыш был без сознания. Он был бледен, словно восковая фигура с горестной гримасой на лице и строго сжатыми губами. Я хлопнула его по щеке, потрясла и позвала по имени. Он не реагировал.
Мне стало страшно. А что если этот «Тарзан» сломал ему что-нибудь? Шею или позвоночник? А может, ребра? Бедный мой Збигнев!
-Збышенька! Збышек! Не исчезай, прошу! Сделаю все, что захочешь! Не умирай только! Куда же ты исчезаешь, милый, а? Не оставляй меня Збышек! Хочешь, польский выучу? Только ответь мне! Ответь!!
Я целовала его, трясла, хлопала по щекам, звала. И я победила. Он дернул уголком рта. Медленно открыл глаза, выплывая из забытья. Взгляд был мутный.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

12:49 

Почемучка 9

Взгляд туманный пьет нирвану
1 (К теме «Комиссия»)
а она ежегодная?
1 Да. Она проходит каждый год. Раньше она проходила в арт-галлерее М’арс на Цветном бульваре, но уже второй или третий год подряд проходит в здании бывшего винзавода на Курской. Говорят в М’арсе что-то тоже выставляют, но насколько это правда, я не знаю. Обычно Комиссия проходит с апреля по май, а в июне оставшиеся работы переезжают в ЦДХ, так что у нас с Меларикс и у группы Пикник, дающей там концерт в июне месяце будет на что полюбоваться.

2 (К теме «Джекил и Хайд» )
Какой у тебя хороший отзыв о спектакле. Мне тоже он нравится, может, и не самый любимый мой спектакль, но очень достойно сделано.
Не ожидала, что тебе покажется страшноватым, т.к. эта версия очень мягкая и нежестокая, если сравнивать с той же бродвейской.
И спасибо тебе за компанию
2 И тебе. Мюзикл действительно хороший в смысле музыки и постановки. Перевод очень даже не плохой. Собственно, сама по себе история довольно страшная. Раздвоение личности это вещь не шуточная. Но пугать надо в меру, а данные рамки положенного были соблюдены. И это хорошо. Ну и, конечно, рада была увидеть весь народ. Пообщаться и поделиться впечатлениями.

3 (К теме «Не надо мусорить»)
А вот БГ и АМ молодцы - тару поднимали)))
3 Кстати я тогда Б.Г. не сразу узнала. Вид у него был такой… ну…как у дворника, коим он раньше работал на стадии раннего Аквариума. Ну а Андрей Вадимыч как всегда. Геройский вид: бревнышко, простите, бутылку подняли, понесли, положили. Ну, как их можно не любить? Да и Костя прав. Плеваться зазря не стоит. Ну, только если куда полагается. А вообще ролик позитивный. Сейчас таких акций так не хватает… Благодарю за светлую память.
4 (К теме «Животные5»)
а на какой этаж кот приземлился? и откуда?
С третьего на второй. Кот соседский. Как положено, из «нехорошей квартиры», потому что соседи оставляют желать лучшего. Ну, соседей как и родственников, увы, не выбирают. Остается жить. И любоваться на кота.

P.S. (К теме «Художественный прикол»)
Бэтмен. Супергерой. Возраст не известен. Его только что ради Человека-Пингвина бросила Женщина-кошка…

ВСЕМ НАМ НУЖНА ЛОТУС-ПАУЗА! И ПУСТЬ ВЕСЬ МИР ПОДОЖДЕТ!

Ящик Пандоры

главная