Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:21 

Яблоки

Взгляд туманный пьет нирвану
Это яблоки, что выросле на дачной яблоне.

16:24 

Цветок и муха

Взгляд туманный пьет нирвану
Удалось поймать в объектив кое-что необычное.

16:26 

Паук

Взгляд туманный пьет нирвану
А вот и еще ондно чудо природы.

16:28 

Будущее есть всегда 29

Взгляд туманный пьет нирвану
Часть III

Реальность будущего

За окном было еще зелено и солнечно. Даже жарко и душно. Голубое безоблачное небо. Но в зеленой листве тои дело обнаруживались желтые и красные пятна, напоминающие об ушедшем лете. Золотая осень.
Одноместная палата со всеми удобствами, выхлопотанная Збигневым не радовала. Я смотрела в окно. Мне было скучно. Я ждала пока приедет муж.
В данной клинике мужьям можно было посещать своих супруг. Медицина давно уже пересмотрела некоторые порядки, посчитав, что общение супругов благоприятно влияет на психоэмоциональный настрой рожениц.
В этой клинике почти 2 года назад родилась Соня. Стоя у окна, я вспоминала, как 4 часа не могла родить крупную девочку, как Збигнев сидел рядом, держл меня за руку и плакал, переживая, что ничем не может помочь мне. Но как трудно тогда не было, все обошлось: и я осталась жива, и Сонька. Наверное, опять проделки Аршвана. Как Збигнев радовался тогда! Ведь он так мечтал о семье и детях! Тогда Збышка первый взял ее на руки, такую маленькую и беззащитную, а у меня в тот момент сил радоваться не было. Милый, милый мой Збышек. Любимый мой. Как ты всегда мне говорил? Kocham?
А теперь я снова здесь. Я почти на девятом месяце. Збигнев посещает меня каждый день. Соньку отправили к моим родителям. Они души в ней не чают. А я и Збигнев идем дышать свежим воздухом в большой и красивый больничный парк. Живот, конечно, не такой большой, как в первый раз, но… Муж даже пошутил, что скоро меня как футбольный мяч придется в палату закатывать.
В дверь постучали.
-Да?
В палату заглянул Ченски. Я, сгорая от радости, выскочила к нему. Сколько нежности было в его коротком приветственом поцелуе, сколько любви! Он поинтересовался, хорошо ли я себя чувствую, а затем мы, держась за руки, пошли в парк.
Был вечер, солнце садилось, но жара все еще не спадала. В парке мы устроились на скамеечке напротив большого фонтана. Огромный цветок окружали фигуры разных зверей с потомством. Этот фонтан нам очень нравился. Збигнев всегда сравнивал меня со скульптурой львицы, и это меня забавляло.
Как хорошо, что можно вот так, спокойно, никуда не торопясь посидеть, вспомнить былое.

Мы вереницей вошли в этот широкий разлом. Впереди пустили Шомполова, что бы он был все время на виду и не смог устроить какую-нибудь пакость. После него шел Аршван, потом дети, после – я, а последним замыкал шествие Ченски. Шомполов почему-то испытывал по отношению к Аршвану какой-то страх и священный трепет. Видимо чует негодяй, с кем дело имеет.
При своем росте, Аршвану пришлось согнуться, что бы войти в пещеру. Он забрал фонарь у Збигнева и теперь освещал путь впереди Шомполова.
Только мы отошли от входа метров на десять, как стены пещеры затряслись, и свод над входом обрушился, отрезав нам путь назад. С тех ор, как мы потеряли Ату, подземные толчки случались все чаще и чаще, все продолжительнее. Теперь же трясло довольно ощутимо. Пещера имела значительный уклон к тоннелю, поэтому мы лезли вверх, тяжело отдуваясь. Аршван подгонял нас. Этот удивительный человек мог предчувствовать беду задолго до ее начала. Вот и сейчас он торопил нас, не давая перевести дух, говорил, что времени мало, что надо успеть. И я верила - успеем.
Мы лезли вверх несколько часов. Я устала и была, как выжатый лимон. Я задыхалась. А потом просто взмолилась, что бы Аршван дал нам передышку. Збышек и дети поддержали меня, но Аршван остался неприклонен. И вот когда я оступилась на каких-то круглых камешках и плюхнулась под ноги Збигневу, чуть не покатившись вниз и не забрав его с собой, дети радостно завопили. Я подняла голову. Наша пещера уходила вверх, а там оканчивалась куском неба. Выход! Мы нашли его! Это придало мне сил. Я с трудом поднялась и полезла дальше.
Шомполов дошел до выхода из пещеры первым, выглянул, сощурившись от дневного света, а затем повернулся к нам. Вид у него был растерянный и кислый. Он развел руками и промямлил:
-Пришли… Кажется…
Там у выхода пещера расширялась настолько, что мы все поместились в ней, а Аршван смог даже встать во весь свой немалый рост. Но радость вскоре сменилась у нас глубоким недоумением, потому что это был выход… в никуда!
И внизу, и вверху, и по бокам, куда не кинь взгляд, была лишь гладкая стена огромного каньона, на дне которого, поблескивая, текла бурная речка. До другого берега не достать: слишком большое растояние. Даже десантный трос Збигнева бы не помог. Да и лезть по стенке вверх-не зацепишься. Стены каньона, созданного когда-то внутренними процессами планеты, за долгие столетия не раз полировались песком и осадками. В результате горная порода близкая к обычным базальтам превратилась в ровную поверхность.
Наша пещера находилась прямо посередине этой природной стены. Ну, не в речку же прыгать вниз головой!
Но все решилось наредкость просто. Аршван схватил Шомполова и взмыл с ним вверх, хлопая крыльями, долетел до другого берега и поставил его на край, а потом вернулся за остальными. Следующим был перенесен Збигнев, потом дети, а последней - я. Оказавшись в воздухе между небом и землей, я зажмурилась, так как у меня закружилась голова. Мой «крылатый перевозчик» долетел до остальных и поставил меня на твердую почву, вверив заботам Збигнева.
Вопрос о том, где мы находимся и в какой стороне Наукоград, оставался открытым. Вокруг была абсолютно чужая местность. Наш берег имел большую высоту, относительно другого. Мы без труда могли рассматривать панораму окрестностей. По другую сторону каньона, так же как и за нами, простиралась выжженая растрескавшаяся каменисто-песчаная равнина. Где-то там далеко, у самого горизонта, еле виднелся горный массив. Но это были вовсе не те горы, откуда я и Збигнев начинали наше опасное путешествие. Над низкой частью массива поднимался густой черный дым. Шомполов тоже заметил это и, указывая туда рукой, воскликнул:
-Смотрите! Началось! Макрос родился!
Я взяла зум-бинокль у Збигнева, что бы рассмотреть получше. Этот армейский прибор некогда подарил Збигневу Родимин. Он других зум-биноклей отличался он тем, что был рассчитан на огромные расстояния в космическом пространстве. Штуковина являлась поистине чудом техники военного образца, так как в планетарных условиях она точечно могла приближать объекты находящиеся на расстоянии 100-300 км при ровной местности. Такие зум-бинокли были необходимы в Даммарской войне рейнджерам. Идеальный прибор для разведки. Кроме того, зум-бинокль, как и другие более простые его разновидности, был оснащен картой памяти и мог производить фото и видеосъемку. Ченски решил снять на видео процесс рождения Макроса. Непонятно только зачем.
Вдвоем бы мы не поместились, поэтому он оставил вещь мне, а сам решил посмотреть отснятый материал потом.
Солнце садилось. Оно висело над горизонтом, как огромное красное яблоко.
Поверхность ощутимо подрагивала. Мы отошли от края на безопасное 200-метровое расстояние. Я занялась наблюдением. Алекс и Фрида требовали от меня комментариев.
Мне хорошо была видна межгорная циркообразная впадина, окаймленная старыми, полуразрушенными скалами. Над ней поднимался черный дым и седые клубы водяного пара. До нас долетел еле слышный грохот, каменная поверхность вспучилась, треснула, раскололась, освобождая вырастающего из-под земли монстра. В стороны полетели многотонные оковалки горной породы. Дым стал гуще.
Нечто выползло на дневную поверхность из темных подземелий, где все это время оно росло и развивалось. Блестя на багровом солнце, ОНО, нечто, порождение извращенной инженерной фантазией Шомполова, огромный Макрос, безжалостный, бесчувственный, созданный только увеличиваться, убивая и, тем самым, расчищая себе место для собственного роста, поднялся до небес. Постоянно меняя форму, перебирая бесчисленным колличеством щупалец и коленчатых ног, круша скалы вокруг себя, он ворочался, пытаясь высвободить все свое стальное тело. Он не был похож ни на одно знакомое мне живое существо, и, вто же время, он был похож на все живое сразу. Даже Аршван, который мог все видеть и без зум-бинокля, ахнул от ужаса. Шомполов с похоронным видом сидел на трясущейся земле и молчал. Я испытала панический страх, увидев монстра, каждая часть которого являлась разумной.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

15:00 

В Москву пришла зима

Взгляд туманный пьет нирвану
В Москву пришла зима. Стало светло.
8 декабря какой-то очень странный день, вобравший себя и плюс и минус. Гибель Джона леннона и в то же время день рождения Джима Моррисона. Но как бы там нибыло, но декабрь, последний месяц в году, а настроение-то уже новогоднее.

15:09 

Втроем

Взгляд туманный пьет нирвану
Недавно разбирая старые вещи, я нашла свои риснки и некоторые картины институтской давности. Подумала, а чем… Просто, не потому, что не могу создать ничего нового, а потому, что новое – это хорошо забытое старое. Вообщем, рисунки тоже вещь вполне достойная. Рисовалось это все обычно на некоторых скучных и занудных лекциях по тем предметам, которые по сей день вызывают в моей голове лишь разброд и шатание мыслей пополам с сиреневым туманом. Так что…
Начнем, пожалуй. «Второем».

15:12 

Шклярский

Взгляд туманный пьет нирвану
Когда он так смотрит, мне не верится, что ему уже 55. Каков же секрет его молодости?

15:15 

Песня АБ. Песня как песня, только гениальная очень.

Взгляд туманный пьет нирвану
Я не фанатка Аллы Пугачевой, но то, что она делала в конце 70-х и начале 80-х мне всегда нравилось, просто потому, что это было душевно. Наиболее любимые песни из тех времен «Женщина, которая поет» и «Не отрекаются, любя».
Кстати, последняя вещь преобретает для меня на сегодняшний день все большую актуальность. Скажу честно, раньше я думала, что текст написан Аллой Борисовной, но однажды нашла этот текст на маленьком листочке отрывного календаря. А автор-то другой. Чтож. Пусть. Но это генеальная песнь о любви.

Не отрекаются, любя.
Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя,
А ты прийдешь совсем внезапно.
А ты прийдешь, когда темно,
Когда в стекло ударит вьюга,
Когда припомнишь, как давно
Не согревали мы друг друга.
И так захочешь теплоты,
Не полюбившейся когда-то,
Что переждать не сможешь ты
Трех человек у автомата.
И будет, как на зло, ползти
Трамвай, метро, не знаю, что там…
И вьюга заметет пути
На дальних подступах к воротам…
А вдоме будет грусть и тишь,
Хрип счетчика и шорох книжки, Когда ты в двери постучишь,
Взбежав наверх без передышки.
За это можно все отдать,
И до того я в это верю,
Что трудно мне тебя не ждать,
Весь день не отходя от двери.
Вероника Тушнова

15:17 

Будущее есть всегда 30

Взгляд туманный пьет нирвану
Грохот стал непрерывным, как и подземные толчки. Аршван поднялся вверх.
-Аршван, куда Вы?!
Он крикнул с высоты:
-Его надо остановить!
А потом он полетел туда, где над горами высилась огромная стальная туша.
Сердце у меня замерло. В зум-бинокль я видела, как он вьется вокруг Макроса, поливающего его шквальным огнем, пытаясь сразить своего крылатого создателя, словно чуя угрозу, исходящую от него.
Аршван увертывался, Я видела, как молнии вырываются из его рук и разливаются по бронированному телу, но вреда причиняют столько, сколько оса слону. Он спланировал в дым, почти к самой дыре, проделанной Макросом, вбирая в себя все разряды выстрелов, и сконцентрировав всю свою мощь, отдал их безудержным потоком, направив куда-то вниз.
Далее, я увидела, как что-то отбросило его прочь от Макроса. Потом он взвился вверх и вдруг камнем метнулся вниз, в дым, и исчез из моего поля зрения.
Что-то произошло. Макрос затрясся, начал вибрировать в каком-то беззвучном танце. Его тело испускало струи искр и белесого дыма. Макрос разрывали внутренние микровзрывы, как результат Циклического Вируса, запущенного Аршваном. Сборка части монстра из диффектных особей свершилась, и теперь он внутренне распадался. Затем раздался мощный взрыв. Я видела, как разлетается на части Макрос и тонет в огромном столбе огня и дыма, вырвавшегося из-под земли. Многие тонны расплавленной породы, камней, пепла и газа устремились вверх, плавя металл, уничтожая мозговые капсулы и платы, сжигая и плавя все, что могло сгореть и расплавиться. Макрос тонул в воронке, наполненной магмой. Дыра, из которой он появился, расширилась до невозможных размеров.
И вдруг на моих глазах скалы начали оседать и проваливаться в огненное озеро, пылающее жаром и выплескивающее раскаленную магму. Лава медленно потекла по уклону к нашему каньону, но, все равно, была еще далеко от нас.
Сколько бы я не пыталась разглядеть присутствие Аршвана, все было впустую. Я отдала Збышу прибор. Он тут же выключил запись и повесил зум-бинокль на шею. Затем обратил внимание, что я тихо размазываю слезы по щекам. Подошел, обнял, поинтересовался, что меня так огорчило.
-Аршван погиб. – Всхлипывая, сказала я.
Збыш молчал, но я знала, что он сейчас чувствует. Шомполов тяжело вздохнул и произнес печально:
-Жаль. У него можно было многому поучиться. А я к нему привык.
И это говорил негодяй Шомполов?! Я даже удивилась его сентиментальности. Збышек опять услышал мои мысли.
-Може он ест не бардзо добрым чловэком, но он тэж чловэк.
Моя скорбь была не долгой. Я вспомнила про мини-ком. Ведь теперь мы выбрались на открытую местность, и он должен работать. Правда свой я потеряла, когда попала в плен. Но миником оставался у Ченски. Я сказала Збигневу об этом. Он поднял руку и ахнул. Его миником был разбит и сожжен. Когда, Збыш и сам не знал. Мы остались без связи. Куда нам идти, мы тоже не знали. Решили отойти подальше от края. Дым, принесенный сильными порывами холодного вечернего ветра, заволакивал постепенно окружающую нас местность. Поверхность трясло так, что мы еле стояли на ногах.

Впереди топал Шомполов, сзади Збыш и дети, а последней, как всегда, обессилено плелась я. За моей спиной послышался какой-то странный шорох, а когда я обернулась посмотреть, в чем дело, земля подмоими ногами треснула и медленно начала оседать вниз. Я успела уцепиться за край образовывавшегося обрыва. Руки предательски соскальзывали вниз.
-Збыышеек!!!
Я видела, как метнулся назад Збигнев. Он схватил меня за правую руку одной и за ворот второй рукой, потянул на себя, сев на корточки, опершись ногами о трясущийся край и чуть опрокинувшись назад. С помощью собственной тяжести и веса рюкзака он старался создать перевес. Но и у меня за спиной был рюкзак с приборами для изучения местности, которые так и не пригодились. И эта ноша вместе с моей немаленькой массой перетягивала Збигнева. Уцепиться ногами было не за что.
Дети подбежали и ухватили Збигнева под руки, потянув от пропасти. Но силы были не равны. Разбушевавшиеся недра Криллы требовали человеческих жертв. Поверхность тряхнуло так сильно, что Збигнев не выдержал и упал на колени, все еще удерживая меня. Я опять с громким визгом поехала вниз. Вдруг за спиной Збинева возникла фигура Шомполова. Ну, вот и все. Негодяй дождался удобного случая. Сейчас он сбросит всех вниз и будет свободен.
-Збышек!! Сзади!! Сзади!! – Заорала я.
Шомполов присел. Сейчас он толкнет нас в пропасть! Но экс-полковник по непонятным причинам вместо того, что бы избавляться от свидетелей своих преступлений, обхватил Збыша за талию руками, благо веревка позволяла, и потащил от края.
-По-тер-пи, Збы-шек. Сей-час я тебя вы-та-щу! – Тяжко прокряхтел он.
Он кряхтел, ворчал, ворочался, как танк и тащил, тащил Збигнева прочь. И в результате долгих усилий я оказалась наверху. Мы лежали на краю и тяжело отдувались. Затем Ченски, не дав нам длительной передышки, приказал нам поскорее уходить от опасного места.
Мы почти бежали, фыркая от дыма и пыхтя. Неожиданно перед Шомполовым, распахнув белые крылья, возникла знакомая фигура.
-Аршван!!! – Радостно завопили мы хором. Шомполов рухнул перед ним на колени.
-Вам дальше нельзя. Впереди такой же каньон.– Предупредил Аршван.
Наша радость немного сошла на нет. Збигнев, сложив рукина груди, посмотрел на Шомполова. Он еще не мог прийти в себя от поступка своего недавнего врага.
-Шомпылов, длячего то здэлал? – Поинтересовался он у экс-полковника, нахмурясь и пощипывая ус.
-Потому что я дурак старый. Свою жизнь глупо растратил, чужую сгубил, и другим ничего хорошего не сделал.
Ни в голосе, ни в лице старого вояки небыло злобы или раздражения. Он спокойно и обреченно смотрел мимо Збигнева. Ченски перестал хмуриться.
Верить Шомполову не хотелось. А еще больше не хотелось, что бы Збыш поддался жалости. Ведь мой Збышка был таким добрым!
Но Збигнев стойко вытерпел долгую пузу. Шомполову, видимо, надо было высказаться, да он все не решался. Наверное, считал, что не поймут и не поверят. Но сейчас настал момент, когда молчать смысла не имело. Шомполов горько вздохнул, собрался с духом, прежде чем поведать нам свою малоприятную историю.
-Збыш, я влип по уши. Мне уже ничего не остается, как доиграть свою роль. И никто не знает, чем все кончится. Мне не с кем поговорить. Я один, Збигнев. Совсем один. Винить, кроме себя, мне некого. Но прежде, чем все завершиться, прошу тебя, выслушай. А верить или нет-твое дело.
Збигнев ничего не сказал. Он молча ждал, что поведает ему давешний враг.
-Я с самого начала выбрал не тот путь и не ту сторону. А потом горько пожалел. У меня была любовь, но она оказалась лишь миражом. Она попользовалась мной и отвергла меня. У меня был сын, а я не сберег его по своей вине. У меня была карьера, которую я загубил собственными руками. У меня было дело, за которое я мог отдать себя, но оно не принесло ни мне, ни кому-либо еще счастья. Я ничего не обрел в этой жизни, только растерял и растратил. Теперь же я хочу лишь одного - покоя. И еще. Я знаю, Збигнев, что больше не сделаю ни одной жизненной ошибки. Слышишь? Ни одной!
-Плачэш в жылет, Шомпылов? – Вдруг криво усмехнулся Збигнев.
-И да, и нет. Нет дороги назад. Для меня уже нет. Мы были ндолгое время на разных полюсах, но… Кроме тебя, способного все понять, у меня никого не осталось. Я тебе все расскажу, а ты сам решай, что со мной делать.
-Шомполов, мы не в суде и не на допросе. – Сухо сказала я.
-Понимаю. – Обреченно проскрипел он. – Поверить мне сейчас очень сложно.
Он стоял напротив нас с опущенной головой, как нашкодивший мальчишка - школьник, ожидающий порки от родителей. Збигнева интресовало другое.
-У чебе был сын? Кто?
-Данила Корцев
У меня глаза на лоб полезли от этого признания. Вспомнился рассказ Гаврилова: «Когда я в молодости ездил в экспедиции, был в нашей исследовательской группе один грузин. Как сейчас помню – Валико Михашвили. Жаль. Нет его больше. На Карагате со скалы сорвался парень. Друга вытащил, а сам сорвался… Дружил он с Валерой Корцевым, геологом нашим. Тоже хороший парень был. Но после экспедиции ушел от нас. Валико забыть не мог. Сейчас он частный предприниматель. Дочка у него недавно внука родила… »
-Кто-кто?!!
-Да, – Невесело усмехнулся Шомполов. – Мой кузен по отцу Валерий Васильевич Корцев, известный космический геолог, который в настоящее время имеет частный бизнес, связанный с его профессией. Настоящая моя фамилия - Корцев, а по отчиму Шомполов. Отец был шахтером. Погиб при взрыве газа в шахте. Потом моя мама вышла замуж за военного. Отчим был очень строгий и жесткий, даже иногда жестокий человек. Он не любил меня. Но ради любви к моей матери он официально усыновил меня и сделал все, чтобы я получил приличное образование и должность. У меня есть сводный брат, но это уже другая семья. Я не нужен даже собственной семье! Был я очень одаренным мальчиком. Мечтал стать великим ученым или изобретателем. Я всю жизнь ненавидел армию и все, что с ней связано. Вся эта война…
Мне не верилось. Этот старый пень двоюродный брат того Валеры Корцева, друга профессора Гаврилова?! Ужас!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

14:51 

С Днем рождения!

Взгляд туманный пьет нирвану
Исправляю допущенную на днях мной ошибку. Поскольку по техническим причинам не смогла «прийти в гости с большим тортом» и поздравить с Днем рождения, то с удовольствием совершу данное действо на своей территории.
Уважаемая невидимая глазу ПЧелка, от всего сердца поздравляю Вас с Днем рождения! Желаю Удачи, долголетия и здоровья. Будте навсегда! :white: :tort:
Marysia

P.S. Дабы не нарушать Ваше инкогнито, прошу писать на «умыл», соединяющий умы и души посетителей Дарьи, если пожелаете пообщаться. Всегда пожалуйста.:)

14:54 

Аквариум: из Индии с любовью

Взгляд туманный пьет нирвану
Сколько же информации можно откопать в давних вещах и разной музыкальной информации, которая сначала оседает, а потом храниться годами, пока ее не потревожит. Только Богу известно ,что еще храниться в дальних закромах. Вот и откопалось интервью с Б.Г. за 23.05.2003 Очень прикольная вещь, напечатанная в МК в рубрике Звуковая Дорожка.

О новом альбоме

Для меня «Песни рыбака» - это шаг дальше. Не скажу, что вперед, но дальше. Я всю жизнь учусь писать песни, и иногда у меня это получается. Искусство писания песен у нас забыто совсем, и все пишут то, что хотят написать. Я же учусь писать то, что получается само. И как человек, не лишенный самоиронии, хочу, чтобы это получалось смешно. Весь альбом написан от восторга и для собственного удовольствия, и поэтому новые песни получились, по крайней мере, для меня интересными.

О записи.

Большая часть работы проходила в Петербурге, а в Индии мы дописывали инструменты, которых в России и на Западе нет и быть не может. Студия в Дели-это маленькая сырая комната с низким потолком на 3 этаже обычного жилого дома. Там было настолько некомфортабельно, на сколько это можно себе представить. Жили в посольстве, по Дели со звукорежиссером прогулялись один раз, и то для записи уличных звуков. Но это только часть проблем. Труднее всего было найти общий язык с местными музыкантами. Индусу в принципе не понятно, зачем меняются аккорды в песне. Рага состоит из одного тона и одного аккорда, и объяснить им, зачем это менять, очень сложно. Харрисон в свое время жаловался на те же проблемы.

О рутине

Рутина не в географии, а в голове человека. У меня был как-то смешной разговор с Джулианом Ленноном. Он говорит: «Я пишу песни только в швейцарской деревне. Дома я не могу». Шевчук, кстати, работает так же. Я же пишу между двумя остановками. «Зимняя роза», самая лучшая песня этого альбома, была написана в купе поезда между Одессой и Киевом за одну безумно пьяную поездку. Огромная песня, там 6 или 7 куплетов, написалась на одном дыхании. Сели в поезд .было много красного вина… Первый случай в моей жизни, когда я в пьяном состоянии песню написал. Получилось очень хорошо.

О попсе

Говорят. Что в попсе сейчас больше жизни и идей, чем в роке. Я не могу сказать, что это жизнь, - скорее существование с целью зарабатывать денег. А на хрена зарабатывать деньги, существуя?! Заработаешь - и выясниться, что жить уже поздно. Это огоромный облом. Честь и хвала тем, кто хочет слушать «Тату». Я не имею ничего потив, мне даже нравится, что русские лесбиянки торжественно шествуют по миру. Это правильно, Россия должна быть первой, снимаю шляпу. Но лично мне хочется слушать то, что можно назвать музыкой.

О рок-столицах

Я не хочу быть хамом, но я не помню ни одной московской группы со времен «Звуков МУ». Они были настоящей русской народной галлюцинацией, каксебя же правильно описывали. Сейчас я не знаю московских групп, которые интересно слушать. В Петербурге я сходил бы на «Markscheder Kunst» или «Tequilajazzz». Но это старые команды, а из нового… У нас тоже все шпарят по рельсам. Что-то новое, скорее. Придет из провинции. Ажиотажа вокруг действительно интересной музыки быт не должно. Она вся в Интернете и бесплатна. Все лучшие люди выставляют себя бесплатно. Интересное нужно искать… Опять пришло гениальное время, когда хорошую музыку нужно искать.

О подходах к музыке.

Есть 2 подхода к музыке. Первый: делать то, что позволяет заработать деньги-славу-девочек-мальчиков. Второй: делать музыку ради интереса и узнать что же получиться. Поп-музыка – это саундтрек для размножения человечества, удобный фон для ухаживания одного пола за другим. Альтернативная же музыка делается под девизам: «Есть какая-то красота, я не знаю, как ее добиться, но мне хочется попробовать». В удачные для человечества периоды музыка может быть и популярна, и неожиданна одновременно. Так в 60-х в чартах стояли песни, которые лет через десять всем казались бредовыми. Мне повезло: я застал тот период вживую, и я до сих пор этим огнем горю. Мне интересно делать музыку, под которую можно размножаться, но которую так же интересно просто послушать, если в данный момент тебе размножаться не хочется.

14:56 

Будущее есть всегда 31

Взгляд туманный пьет нирвану
Шомполов помолчал, а потом снова продолжил.
-Окончил я экстерном физико-математическую школу в 13 лет. Хотел поступить в МГУ, но у моего отчима были другие планы. Он пихнул меня в Международную Военно-Космическую Академию. Но и я в долгу не остался. Даже там я смог учиться на того, кем хотел стать. В 18 лет я уже получил диплом с отличием и поступил в аспирантуру. В итоге стал самым молодым научным специалистом по стратегическим ИТ. Я всегда мечтал посетить Рим, Неаполь, Венецию… Иидеально выучил итальянский. Наконец моя мечта осуществилась. Меня направили в военное представительство Российского Консульства в Риме. Там мне позволили учиться дальше. Я выбрал экономику.
В Риме я познакомился с Фелисой Бизони. Начали встречаться. Дело дошло до серьезных отношений. Я был тогда молодой еще совсем, зеленый, не знал, что эта барышня таких, как я, «на завтрак ела». Мне льстило, что такая богатая итальянка, сестра крупного дельца обратила на меня внимание. Я искренне думал, что она меня любит… - Шомполов прервался и вытер пот со лба, тяжело отдуваясь. Ему было не легко рассказывать о своей личной жизни.
-Ну, вот. Потом у меня была подготовка к завершению учебы. Я работал, делал дипломный проект и не мог встречаться с моей Фелисой. Мы перезванивались и переписывались. Так прошло около полугода. Я завершил учебу. В тот же день Фелиса позвонила и предложила встретиться. Я летел на крыльях любви, с огромным букетом цветов к ней, моей любимой. Она приехала на дорогой машине с личным шофером и повезла меня к себе домой знакомиться с её братом. Я тогда аж рот открыл от удивления, ведь жила она в огромном старинном особняке. Конечно, она говорила, что брат ее очень богатый человек, но я не представлял на сколько. Далее был ужин на троих. Бизони был сама любезность. Именно тогда я попросил у него руки сестры. Марио отказал, сказав, что считает брак сестры с иностранцем невозможным, так как его сестре нужен состоятельный муж и настоящий итальянец. Кроме того, он намекнул, что мне лучше исчезнуть из жизни его сестры навсегда. А после сделал мне «сюрприз». Оказалось, что Фелиса все это время была беременна от меня и скрывала это. Пока я учился, она родила мальчика. И вот этого мальчика Марио отдал мне и сказал, что он устроит все дела по вывозу моего сына в Россию. Он сделал так, что об этом узнале в посольстве. Скандала, конечно, особого не было, но меня отправили обратно на родину с ребенком на руках. Я был уничтожен морально.
Когда я вернулся домой с малышом на руках, отчим выгнал меня, сказав, что он и так сделал для меня все, а потому видеть меня больше не хочет, и жизнь свою я теперь должен строить сам.
Что мне оставалось делать? Я добился, что бы моего сына записали под моей настоящей фамилией, потому что не хотел давать ребенку фамилию этого чужого для меня человека. А потом отвез его в Донецк и оставил на воспитание своему кузену, Валерию Корцеву. Мне надо было делать карьеру, и меня направили на Балион на 5 лет в качестве главного военно-технического специалиста. Мне было всего лишь 27.
Шомполов грустно посмотрел себе под ноги.
-Цо далше? – Потребовал Збыш.
-Дальше? На Балионе я снова встретил ее. Как оказалось, сестра такого обеспеченного дельца, видимо, от нечего делать, решила тоже строить свою карьеру. Она начала с самой нижней ступени-с бухгалтерии НИИНИТ. Чувства мои вспыхнуи вновь. Я простил и ее, и ее брата. Снова сделал ей предложение. Она не отвергла меня, но сказала, что подумает. Я не стал ее торопить. Однажды она предложила мне спуститься в Машинград. Тогда он был более открыт. Я не знал, на кого она работает. Этим предложением она преследовала свои цели. Она прекрасно знала о моей страсти к изобретательству. А я, дурак, польстился на ее красивые глаза. То, что я увидел там, меня поразило. Я в жизни не видел ничего подобного. Это была машинная цивилизация, которая поддерживала и воспроизводила сама себя. Я подумал, что все же кто-то должен контролировать все процессы, происходящие в Машинграде. Узнал лишь то, что всем управляет Врховний Разум. Мне захотелось увидеть это чудо. Я не ел, не спал. Все же я придумал способ пробраться туда, ведь ОН был охраняем. А Верховный Разум и правда оказался истинным чудом. В то время началась Даммарская История. И мне захотелось славы, почета за принесенную пользу обществу. А кому этого в молодости не хотелось? Я решил создать идеальное оружие, на остнове обитателей Машинграда. Конечно же, я поделился этой мыслью с Фелисой, а она, как всегда, поддержала меня в моих стремлениях. Пять долгих лет я изучал систему и структуры этого удивительного творения. Я расшифровал иероглифы и научился пользоваться пультом управления. Я создал и внес изменения в программы, обеспечивающие жизнь и работу Машинграда. Моей целью было создание не просто супероружия, но разумного оружия, способного подчиняться приказам. Однако что-то я упустил и, вместо оружия убивающего по приказу, создал Макрос, убивающий по собственному желанию. Ближе к концу моего пребывания на Балионе я заподозрил, что что-то пошло не так, но исправлять уже времени не было. Машинград закрыл свои границы. Кроме того, по моему замыслу, Верховный Разум создавал себе подобных, но для создания более модифицированых мозгов они начали использовать «живой материал», обитателей различных планет, чье развитие было на высоком уровне. А за это Даммарские Рейдеры, обменивали рабов на технологии. Я узнал о том совершенно случайно и гораздо позже. Тогда, для поддержания связи с Машинградом я создал электронную копию Фелисы. Кстати, этот экземпляр певый, получивший копию Верховного Разума. Фелиса просила меня об этом, объяснив, что теперь за развитием Макроса будет следить НИИНИТ. Я опять поверил.
-Подожди! Какая связь?! – Воскликнула я. – Наши минимобайлы не работали под землей!
-Это ваши - не работали, а я создавал модель на основе машиногородских технологий. У них все работает. – Проворчал Шомполов. – Эта электронная девушка была ориентирована на Верховный Разум, который со временем перестал быть верховным и стал простым передточным звеном проектной информации.
-Шомполов, твоей Фелисе должно быть сейчас приблизительно столько же, сколько и тебе. – Задумалась я. – Так сколько же тебе лет?
-А. Понимаю. – Кивнул Шомполов. – Что ж. Изволь. Корцев, брат мой, старше меня на 7 лет. Ему 62, значит, мне 55, а Фелиса младше меня на 5 лет. Она старше своего мужа на 6 лет, просто выглядит хорошо. С такими деньжищами и не то можно!
Шомполов остановился, что бы отдышаться и откашляться.
-Но я создал еще одну замечательную вещь, которую лет 15 назад уже совместно с сыном доработал, усовершенствовал и запотентовал на его имя – Продолжил он свой рассказ. – Это межзвездный интернет. Тогда его пользователями стали военные и правительственые круги, а сейчас эта сеть доступна и обычным людям, правда не всем. Дорогой очень. А тогда единственный канал связи существовал только между мной и Фелисой. Канал был плохой, медленный, но был. Мы переписывались. Но это пока так. Присказка. Сказка началась уже потом, когда меня направили на пограничные территории одного из секторов. Там я ловил контрабандистов, перебежчиков, разных негодяев, участвовал в первых Дамарских Кампаниях, пока меня не превели в штаб командования Рейнджерами. Там я и дослужился до полковника. Я помогал создавать стратегию сражений с Даммарцами, сам летал и сражался. Вообщем, карьера, полная героизма.
-Кьеды стал такей сволечью? – Нахмурившись спросил Збигнев.
-А тебе все сразу надо? – Фыркнул Шомполов. – Скоро все узнаешь. – Он поскреб свой лысый затылок. – Ну, вот. А дальше произошло то, чего я ожидал меньше всего. Взамен погибших командиров первой и второй декады пришли ты и Данила. Только ты, благодаря своему дяде, попал в 1-ую, а Даня во 2-ую, потому что был м ладше тебя.
-Как дяде?! – Я была удивлена. А Шомполов, прежде чем рассказывать дальше, пояснил.- Ну, да. К дяде. Родимин - родной старший брат его матери.
У меня голова кругом пошла. Вот тебе и крестный!
-Так, Алинка. То так. - Потом Ченски обратился к Шомполову. – Но и цо?
-Что-что? Глупость я сделал. Я ведь сына фактически бросил ради карьеры. Я хотел, что бы он стал кем угодно, шахтереом, геологом, врачом, свещенником, но только не военным. А когда я увидел его в летном составе… Как гром среди ясного неба. Выпускник! Сначала у меня с ним отношения были натянутые и резкие. После того, как мы поговорили по душам, понемногу они улучшились. Он, хоть и не до конца, простил меня. Это был чудесный парень. Очень добрый. Я чувствовал, что виноват перед ним. Чтобы избыть свою вину, я решил помочь ему. Он хотел быть настоящим героем, как Збыш, с которым дружил, но беда была в том, что Збигнев всегда был в центре всех событий, а даниной «декаде» была отведена роль прикрытия основного состава. Я отписал Фелисе. Расказал, какой замечательный сын у нас вырос. Конечно, поделился с ней своими переживаниями (я ведь так и не рассказал Дане, кто его мать). Получил от нее ответ, которого не ожидал: она написала, что собирается замуж. Я выпросил отпуск, примчался на Балион, что бы уговорить ее выйти за меня. Но Фелиса была неприклонна. Впрочем, она согласилась помочь Даниле, но ради этого я должен делать все, что она мне скажет. Я должен был сообщать ей о всех боевых операциях, решениях военного совета относительно Даммарских Рейдеров, а она будет присылать мне в замен информациюо о них с тем, что бы я разрабатывал стратегию боевых действий, где Данила бы выходил героем-победителем. Я удивился, откуда у нее такая информация. Меня это насторожило, но я согласился ради сына. Я не знал, что Марио Бизони является одним из главных Даммарских управленцев, а когда Збыш выведал эту информацию – было уже поздно. Кстати, решение послать Збигнева в качстве разведчика, прошло мимо меня. Меня небыло на совете. Так я стал предателем.
Збигнев прогневался.
-Ах, ты быдло! Корцев был моим другем! А ты мне подставъял и его теж?! – Крикнул он. Я положила ему на плечо руку.
-Остынь. Пусть договаривает.
Збигнев огорченно махнул на экс-полковника руой и сел на землю. Аршван и дети стояли молча. Они не знали, что сказать. Шомполов потупился. Он был красный, как вареный рак, весь взмокший, старый и… жалкий.
-Говори! – Грозно приказал Аршван.
-Когда состоялся решающий военный совет, меня отослали по банковским делам на Землю. Я тогда занимал пост начальника Финансового Департамента. А когда вернулся, все было кончено. Даммарские Рейдеры были разбиты, Збигнев Ченски в лазарете, а Данила Корцев… Когда Збыша подбили, и он катапультировался из горящей машины, Даня заслонил его от обстрела, направив свой истребитель «в лоб» рейдерскому кораблю, вызвав огонь на себя. Ченски и его друзья остались живы, мой Даня погиб. И никто из тех, кто остался в живых, из тех, ради кого он рисковал своей жизнью, не смог сберечь его. Никто из тех, кто дружил с ним и знал его, даже пальцем не шевельнул, что бы помочь ему. Данила сгорел заживо. Он стал героем. Посмертно. Я был сам не свой и во всем обвинил Збигнева. Я желал отомстить ему. Пытался его убить. Но сделал хуже только себе. Его дядя сделал все, что бы оградить Збышека от опасности. Потом я вышел отставку, улетел на Балион и… осел в Машинграде. Выбраться я уже не смог. Но я узнал то, что меня совершенно убило. Фелиса знала, что я сам попался в собственную ловушку в Машинграде и не смогу куда-либо сбежать. Она посмеялась надо мной, старым идиотом, а потом сказала, что мальчик, из-за которого я так преживаю лишь приманка. Это действительно ее сын, но не от меня. Данила был сыном Марио, а Фелиса его женой. Марио выдавал ее за сестру. Ему было так удобнее. Вот почему он не дал согласия на брак. А Данилу отослал со мной, что бы обезопасить жизнь своего наследника. Только Фелисе этот мальчик был не нужен. Она видела в нем лишь своего конкурента в обладании властью и наследством. Эта скорпиониха вовсе не сожалела о его гибели.
-А жена и сослуживцы Збигнева? – Мне было любопытно, что этот гад запоет.
-Все что случилось после победы - это дело рук Фелисы. Когда-то я сам рассказывал ей о службе, о своих коллегах, об их семьях. Я даже не думал, что она воспользуется этой болтовней ради достижения своих целей и убъет всех, кто был прямо или косвенно причастен к этой истории. Кроме Збигнева, разумеется. Она решила воспользоваться мной, как инструментом мщения, и расчитывала, что я уберу его. Вот почему все погибли, а Збигнев остался жив.
Збыша трясло. Он поднялся с земли со сжатыми кулаками, напряженный, мрачный, как грозовая туча. Ченски не мог поверить в то, что услышал.
-Не… не…Быч не може… Быч не може!! Не може!! Не!!
И с горестным криком он рванулся вперед, словно распрямилась в нем стальная пружина, и ударил Шомполова кулаком в лицо. Мы с Аршваном под руки оттащили Ченски от Шомполова, чтобы греха не вышло. Но ноги у Збыша подогнулись, он упал вниз, на колени. Согнулся. Закрыл лицо руками, взвыл, как раненый зверь и безутешно заплакал. Я обняла его, целовала, укачивала в своих объятиях, пытаясь успокоить. Он захлебывался плачем и не мог остановиться, скорбя о тех, кто был ему очень дорог и кого он потерял навсегда. Сердце мое разрывалось. И на мои глаза наворачивались слезы. Збигнев понемногу начал успокаиваться.
Шомполов шмыгал разбитым носом и вздыхал. Аршван стоял поотдаль и наблюдал за нами. Подошел, присел рядом.
-Збигнев! – Позвал он. – Збигнев!
Збыш, горько и тяжело всхлипывая, повернул к нему лицо, залитое слезами.
-Збигнев, будущее есть всегда. – Аршван улыбнулся. – Все приходит на круги своя. И каждый получает по делам своим.
Збышек удивленно посмотрел на Аршвана, коснулся пальцами его ладони.
-Смотри, не упусти свое счастье. – Улыбаясь, предупредил его Аршван. – Ты и сам знаешь, как просто все потерять. – И повторил. - Будущее есть всегда.
С этим он поднялся и отошел к Фриде и Алексу и отвел их в сторону, что-то им объясняя. Збигнев вдруг очень больно прихватил мои косы сзади и тут же резко, быстро и сильно вжался губами в мои губы. Никогда еще он так не целовал меня. Поцелуй вышел невероятно грубым. Обычно в любовных действиях Збыш был очень бережен, осторожен и мягок настолько, насколько страстен, совмещая в себе несовместимое. Сейчас он просто плохо контролировал себя. Мне было дискомфортно, но я терпела. Я готова была все вынести, лишь бы ему было хорошо.
Через пару мнут он опустил меня. Смутился. Виновато поник головой.
-Прошти мне, Алина. Не был должны так невежливе дэлат.
-Збышка, я ведь все понимаю, милый. И очень тебя люблю. Не надо. Не вини себя.
Аршван опять приблизился к нам и предложил полететь за помощью. На что мы все с радостью согласились.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

13:58 

Сентябрьский вечер

Взгляд туманный пьет нирвану
Бывает так, что солнце только село, а луна только вышла. Мир не оставляющий теней. А за городом это чувствуется достаточно сильно, как и листва, еще не успевшая пожелтеть, но во многом уже прозрачно салатового цвета. И кое-где пожухшая от первых заморозков трава. Сентябрьский ясный вечер…

14:00 

Странная конструкция

Взгляд туманный пьет нирвану
У Киевского вокзала…да-да, у того самого Киевского вокзала, засвеченного в недавних новостях, стоит поистине странная конструкция. Что это такое и чему памятник, если он является таковым непонятно. Ваши предположения, господа читатели?

14:06 

Будущее есть всегда 32

Взгляд туманный пьет нирвану
Дымом заволокло почти все. Резко похолодало. Становилось все темнее и темнее. И как Аршван найдет нас тут. Прошло уже три часа, как он улетел. Збигнев о чем-то разговаривал с Фридой и Алексом. Шомполов сидел на земле и о чем-то думал. Может, о своих грехах? Мне было скучно. Где же эта помощь? Если так идальше будет продолжаться, то, пожалуй, нам придется ночевать на голой земле. Поверхность еще трясло, но уже не так сильно, как раньше. От запаха и дыма мне было как-то нехорошо. Сколько же еще ждать?! Збигнев обеспокоился моим состоянием. Да-да, милый, знал бы ты…
Вдруг Ченски к чему-то прислушался, шикнул на разшумевшихся детей, а потом радостно воскликнул:
-Алинка! Слышишь?!
-Что, милый?
-Вертолет! Слухайче!! Там!! – И он начал радостно вопя подпрыгивать, размахивая включенным фонарем. – Эй!! Эй!! Тутай!!
Зоркости глаз Аршвана можно было позавидовать, потому что разглядеть нас в таком дыму и тумане было нелегко. Дымный воздух прорезал яркий луч прожектора….
Вертолет опускался. Только Аршвана почему-то нигде видно не было.
Шомполов встал. Шмыгнул носом.
-Ну, вот и все, Збышек. Осталось доиграть. Только лишь доиграть свою роль. Ве, что будет лишь театр одного актера. И знаешь, ты ни в чем не виноват. Если можешь, прости меня. И… спасибо.
-Бог прощтит.- Вздохнул Збигнев. – Не такий потэрянны, ещли прызнал свои ошыбки.
Вскоре вертолет сел в метрах 10-ти от нас. В свете прожектора к нам двинулись несколько фигур. Впереди шел профессор Гаврилов, за ним доктор и трое спасателей. Он сгреб меня от радости. Я плакала от счастья. Опасные приключения подошли к концу. Матвей Ильич был сам не свой от радости, что мы были живы. Правда, все же он немного поругал нас, пообещав посадить меня под домашний арест, Збышеку надрать уши, как сопливому мальчишке. Збигнев стоял весь пунцовый. А я заступилась за него:
-Матвей Ильич, он доброе дело сделал, меня спас. А я столько материала нашла на научную работу…
-Знаю я, какое он доброе дело сделал, – заворчал Гаврилов. – Ии ты тоже хороша. Тоже мне, естествоиспытательница фигова! Слава Богу, хоть жива!
Потом он заметил Фриду и Алекса.
-Откуда вы откопали этих оборванцев? – Искренне удивился он.
Збигнев подошел и, с виноватым видом, начал умолять профессора:
-Пан Гаврилов, ниц не говорыте пану Кузныцову и пани Ларсэн. Проше…
-Ладно. Разберемся.
Сверху спустился Аршван, а мы услышали гул винтов второго вертолета. Пилот посадил машину недалеко от первого. Мы увидели, как идут к нам три плечистые фигуры. Збыш кинулся вперед.
-Дядя Дымитр!
Родимин и Збигнев крепко обнялись. Двое солдат застыли у Родимина за спиной с автоматами наперевес. После все подошли к нам. Родимин и професор обменялись крепкими рукоможатиями. Родимин увидел меня и улыбнулся.
-А. Это ты, попрыгунья стрекоза. Рад видеть.
-Взаимно, товарищ генерал. – Ответила я смеясь. – Вы как всегда вовремя.
Родимин смешливо хмыкнул и аккуратно пожал мне руку.
-Выражаю вам искреннюю благодарность за спасение капитана Ченски.
А потом генерал повернулся и заметил Шомполова.
-Здравия желаю.- Ядовито произнес Шомполов с самой гнусной интонацией, на какую только был способен. – Что, Родимин? Не ожидал встречи, а? Чуть-чуть удачи, и не ты со мной, а я бы с тобой встретился. Ну, кому что. Поймали меня - молодцы. Выслужились. Глядишь, и чинок повыше поднимут, а то я, погляжу, вы с племянничком совсем обнищали на своих-то должностях…
-Молчать! – Рявкнул сердито Родимин, и Шомполов заткнулся.
-Збигнев, это что такое? – Грозно спросил он.
-Шомпылов.
-Я вижу. Откуда ты его откопал? Его потеряли вот уж как года три назад.
-Цо значи потеряли? – Збыш растерянно смотрел на родственника.
-Мы следили за ним. Подозревали, что это он сливает информацию Даммарским Рейдерам, только не знали, каким образом он замешан в деле и с кем он связан. Сеньор Россо выследил его на Балионе года три назад, а потом Шомполов пропал. Его розыскивали, да все было без толку.
-Я чебе потем разкаже. – Ответил Збышек. – Его надо под стражу. Збэжит.
-А то! – Хмыкнул Родимин, а после приказал своим молодцам. – Увести! Посмотрим, что этот павлин на суде петь будет.
И бывший военный чин увели почь.
-Як оказалше тутай? – Полюбопытствовал Збигнев.
-Россо пригласил. У него есть кое-какая информация. Ну, ты же меня знаешь? Я прилетел. А когда узнал, что ты тоже пропал, то начал твои поиски. – Он хлопнул Чески по плечу. – Ладно. Позже поговорим. Рад, что цел. А тоя уж даже не знал, что матери твоей скажу. – Усмехнулся. – А ты молодцом.
Дальше дети, Шомполов, Родимин и охрана сели в один вертолет, а спасатели, доктор, я, Аршван и Гаврилов – в другой.
Взревели мощные винты. Вертолеты поднялись в дымный воздух. За стеклом было темно. Порщай Машинград!

Вскоре мы прибыли на военный аэродром, расположенный недалеко от Космопорта.
Я и Аршван покидали вертолет последними. Он задержал меня и попросил:
-Не упоминай обо мне ни на конференции, ни в отчетах, пожалуйста. Обещаешь?
-Обещаю.
Я уже хотела идти, но он снова остановил меня.
-У тебя родиться здоровое и умное дитя. Збигнев получит то, что заслужил, и будет вдвойне счастлив.
Я весело улыбнулась ему.
-Пусть так.
Вся наша большая компания, включая пилотов, собралась на летном поле и ждала нас. Шомполова уже увезли в местный полицейский участок под строжайшим конвоем. А Родимин стоял, обнимая за плечи Фриду и Алекса. Похоже, он уже с ними подружился.
-Что-то ты красавица копаешься так долго? – Удивился профессор. А где же Аршван? Или как его там?
-Сейчас явиться. - Усмехнулась я.
Но прошло 5, а потом 10 минут. Аршвана все небыло. Один из пилотов направился к вертолету, чтобы поторопить пассажира, но вернулся к нам с вытянутым лицом, выражающим крайнее недоумение.
-Его там нет! Мстика какая-то! Я же видел, что из вертолета появилась только девушка.
-Я то же видел только девушку. – Сказал доктор.
-И мы. – Поддтвердили спасатели.
-Да. Прямо чудеса какие-то. – Вздохнул Гаврилов. А один из спасателей недолго думая спросил меня:
-Елена Викентьевна, а откуда Вы этого шамана откопали?
Я уже не удивлялась. Привыкла, что Аршвана каждый видел по-своему. Ну, шаман так шаман.
-Да так. Он тоже вроде спасатель какой-то. Только космического масштаба.
Збыш переглянулся со мной и почему-то покраснел. Может, вспомнил, как Аршван читал его тайные мысли?
-Почему шаман? – Переспросил Родимин. – Помоему, обычный нормальный мужик. Ну, военный вроде. Косая сажень в плечах. Эх, узнать бы из каких он войск!
Все, кто со страхом, кто с удивлением уставились на генерала. А я решила развеять сомнения окружающих.
-А я уже знаю. Это войска особого назначения. Ну… совсем особого.
-Разведка что ли? – Нахмурился Родимин. Я кивнула.
-А. Тогда ясно. Служба безопасности. – Один из пилотов, тот, что был помоложе, мечталельно посмотрел в небо. – Эх! КСБ! У них служба интересная. Да и вон как экипированы. Даже по воздуху летают без ничего. Техника! А я сижу в этой дыре и жду, пока что-нибудь произойдет. Скучища! Завидую я им.
-Но и цо? Работа нужнайя. Добра. – Подытожил Збигнев.
-Ну, что, ребятки? По домам? – Предложил Гаврилов.

Консьерж был рад нашему приходу. Мне то же было приятно, что этот человек стойко верил в наше возвращение. Но Збышек, когда мы поднялись на этаж, сказал мне что это не человек вовсе, а служебный андроид. Удивлению моему предела не было. Мы слишком громко радовались возвращению, пока шли по коридору до своей квартиры. Збыш только вставил в прорезь замка магнитный ключ, как соседняя дверь распахнулась и в коридор вышла Ингрид. Она ахнула, всплеснула руками и крикнула вглубь своей квартиры:
-Игорь! Они наконец-то вернулись! Они живы!
Из двери выскочил Кузнецов. На его лице были написаны все оттенки положительных эмоций. Мы обнялись все четверо. Збыш пропустил нас вперед и аккуратно закрыл за собой дверь.
Ингрид отказывалась верить в нашу гибель и не зря.
Игорь рассказал, что про нас ходили всякие нехорошие слухи, которым он не верил:
-Говорили, что вас убили машины, что вас съел Глубинный Ужас, что вас похитили Рейдеры. Но все это бред. Я не сомневался, что вы живы. – Кузнецов бросил косой взгляд на экс-супругу и поправился. – Мы не сомневались.
-Мы? Ото новосчь! – Збышек пытливо глядел на них. – Цо раскажешь есще?
-Ребята, я… мы… - Кузнецов стушевался. – Вообщем, я решил развестись с Фелицией. Дураком был, чуть не потерял мою Ингу.
-Так? А ей сказал?
-Ну, пока нет. А что?
Ченски серьезно попросил его:
-Потэрпи немноге. А за тши дни дэлай, цо хцешь. Но потэрпи. Не говори Фелисе о разводе. Проше чебе. Всего тши дни.
-Да? – Игорь посерьезнел. – А я что-то не понял, зачем резину тянуть?
-Так надо, Игорь. – Принялась уговаривать его женщина. – Я Ченски знаю, он зря говорить не будет. И я ему очень обязана жизнью.
Збышек услышав это фыркнул, строго отрезав:
-Не стави мне в глупье положенье, пани!
-Хе! Чтож, ладно. Ну, вас!– Вдруг развеселился Игорь. – Три так три!
Он весело хлопнул Збышека по плечу.
-Мы пойдем. Вам отдохнуть надо. – Рассудил он и, подхватив Ингрид под руку, быстро ретировался. Мы остались вдвоем.
В каждой квартире был компьютер связанный с городской локальной сетью. Это удобство являлось жизненной необходимостью. Так можно было узнать меню любого ресторана и кафе Наукограда и заказать еду на дом. Что мы и сделали. Есть хотелось так, что я слона бы съела. Но, к сожалению, в местных ресторанах слонов не жарили. Пришлось довольствоваться супом, котлетами, овощными салатами, блинчиками со сметаной и вареньем, пирожками с мясом и чаем с пирожными. Словом, это было чудесно!
А после, наевшись, мы намыливали друг друга в душе, шутливо дрались мочалками, кидались друг в друга мыльной пеной, плескались и хохотали, как дети. Збыш опоясался широким полотенцем и стал похож на древнего египтянина. Он завернул меня в огромную махровую простыню и отнес сушиться в комнату.
Мы очень устали за эти полторы недели. Сытые, чистые и довольные мы упали в кровать и заснули почти одновременно. Снов я не видела. Просто спала крепким здоровым сном.

Кто-то звонил в дверь. Мой сон прервался. Я приоткрыла глаза. Комната не моя. Чужая. Повернулась. Кровать тоже не моя.
Рядом спокойно посапывал Збигнев. Судя по выражению на лице, ему было очень хорошо. Ах, так мы же на Балионе!
Я бы проигнорировала звонки в дверь, но они не прекращались, и мне пришлось встать.
Накинув халат, я открыла дверь. На пороге стоял Гаврилов мрачнее тучи. Видимо сегодня у него было, как мыс Федором называли, «ругачее настроение».
-Доброе утро, Матвей Ильич.
-Какое оно доброе?! Ты посмотри, утра-то уже нет! Час дня, а вы дрыхните, как сурки из пожарной бригады!
Несмотря на «ругачее настроение» Гаврилова, мне почему-то было смешно. Я представила себе сурков в пожарных касках. Он продолжал бы и дальше ворчать, но я поинтересовалась целью его визита. Матвей Ильич вроде бы смягчился.
-Уж не знаю, за какие заслуги тебя и Збигнева просит к себе мэр. Так что буди Ченски, приводите себя в порядок и что бы через 40 минут были внизу. Двое.
С этим он ушел. Я принялась будить Збышека, что оказалось очень трудным делом. Я звала его, толкала, трясла, ругалась, но все было напрасно. Збигнев продолжал спать. Попытавшись вернуть «убегающее» одеяло, он сонно проворчал что-то по-польски, затем повернулся на другой бок и вновь засопел носом.
Тогда я нарочно грубым низким голосом гаркнула:
-Капитан Ченски! Подъем!
Случилось чудо. Капитан Ченски, над ухом которого могла безрезультатно палить вся сводная российско-польская артилерия, привел себя в вертикальное сидячее положение, козырнул и громко отрапортовал:
-Ест подъем!
Меня разобрал смех. Збышек совсем пробудился и открыл глаза. Первое, что он увидел, как я корчусь в кресле от смеха. Он состроил обиженную рожу:
-Алинка, не хорошо.
-Збыш, нас мэр вызывает. Матвей Ильич заходил. И нам через 30 минут надо быть внизу.
-А. – Спокойно ответил Ченски. – Тогда иди до душу, а я…пошплю есще.
С этим он завалился на кровать, нахлобучив одеяло на свою голову и прихлопнув его сверху подушкой, чем вызвал у меня новый приступ смеха. Какой же забавный этот Збышек!

Через полчаса мы уже сидели в такси…
… Вскоре мы подъехали к зданию Мэрии.
Мэрия была уже мне знакома по предыдущему посещению. Здание в 12 этажей имело этаж Парадных Залов, этаж Конференц-залов, остальное было занять офисами. Кабинет мэра распололагался на последнем этаже, куда мы и прошли, минуя секретаршу, разодетую, как на праздник. Збигнев не забыл наши ЭП-86. Несмотря на то, что вся беседа была на английском, ни мне, ни ему не хотелось напрягать свою голову.
Мвамбу Кадодо задумчиво сидел в большом кресле за огромным письменным столом, полированным и лакированным, и казался частью этого сооружения, так как и сам имел немалые размеры. Я видела до этого всего лишь раз, но и этого было достаточно, чтобы запомнить стольтучного темнокожего человека с белоснежной улыбкой. Сейчас Кадодо смотрел в монитор и оторвался, что бы обратить свое внимание на нашу троицу. Потом встал, подошел к нам. Мужчины обменялись крепким рукопожатием, а мою руку он и вовсе любезно поцеловал и поинтересовался, как мне здесь нравиться.
Услышав мой положительный и скромный ответ, Мвамбу опять улыбнулся и пригласил нас сесть на мягкий кожанный уголок для гостей. Мы со Збышем чуть «ура» не крикнули, потому что нтам нас уже ждал Дьо. Видимо он освоился с земной мебелью, только она для него была немного высоковата, поэтому у сидящег кригона ноги не достовали до пола.
Гаврилов с крайним удивлением взирал на коренного жителя Балиона.
Мы уселись и Мвамбу расказал, что сегодня утром этот народец наводнил улицы города, требуя управленца. Они были повсюду, говорили, что являются коренными жителями планеты и называли себя Кригонь. Дьо, как главного от них, привели к Кадодо. Дьо рассказал ему всю историю своего народа. Однако мэр не знал, верить ли? Тогда Дьо потребовал, что бы привели Думову и Чески для подтверждения его правоты. Кто бы мог подумать, что у Дьо такая отличная память, ведь он слышал наши фамили лишь раз.
-Это правда, господин мэр. – Подтвердила я. – Они действительно коренные жители планеты. И планета называется на их языке Крилла. Не слышали вы о них, потому что, пережив глобальную катастрофу, они ушли под землю и были порабощены машиннной цивилизацией Машинграда на долгие столетия. Я и Збигнев видели все это. Мы спасли их, вызвалив из-под тяжкого ига, где можно было рождаться тем, кто приносил бы пользу только Машинграду. У них отняли культуру и право выбора. Все же мы смогли восстановить справедливость. Машинград поглотил сам себя. Но Кригонь нужно помочь. Они нуждаются в социальной помощи. Им негде жить. Кроме того, им нужна медицинская помощь, потому что многие кригончи, как и супруга Дьо, ждут детей. Они слшком долго были в заточении. Их надо научить жить по-новому, жить дальше. Катастрофа уничтожила их дома, лишила их привычного места обитания и света Звезды. Спаслись не все. Если мы сейчас ничего не сделаем, то станем виновниками гибели целого народа. И Вы, господин мэр, не только как представитель власти, но и как представитель ученого мира, прежде всего исходя из Галактического Законодательства, должны принять соответствующие меры и поставить вопрос о признани Кригонь истинными жителями этой планеты и об оказании им помощи.
-Но как это возможно?! - Воскликнул Мвамбу. – Мы были уверены, что Балион пуст! Это просто невероятно! Мы специально искали планету без жителей для основания научной колонии! Что же теперь вы предлагаете?! А если они оспорят права на территорию и…
Дьо, которому Збигнев отдал свой ЭП, перебил мэра:
-Кригонь мирный народ. Он ни с кем не воюет и ни с кем не бореться. Мы не считаем это разумным. То, что у вас называется «война», у нас просто бессмысленное уничтожение себе подобных. Это дикость, которая нам чужда. Мы хотим мирно жить и обмениваться информацией с представителями иных народов Великой Пустоты. Поэтому изгонять кого-то было бы неразумно. А тем более жителей Наукограда, которые смогут помочь нам.
Мвамбу задумчиво вытер мокрый лоб.
-Чтож. Тогда мне придется разработать местные законодательные нормы. Но если уж так…
-Если вам будет нужна полная информация о нас, то я готов сотрудничать с вами. И что бы Вы удостоверились в наших мирных намерениях, то я готов пожертвовать собой для научного изучения нашего народа.
-Вы верно думете, что вас будут мучить и ставить на вас опыты? – Поинтересовался мэр.
- Я повторяю, что готов к этому. – Уверил его кригон.
-Не бойтесь. Мы не изверги, какими были ваши хозяева. Но ваше предложение, Дьо, я принимаю. Добро пожаловать в Наукоград.
Затем Кадодо вызвал помошника и приказал обеспечить Кригонь жильем и всем необходимым для жизни. Затем он повернуля ко мне и, вновь весело улыбнувшись, пожал мне руку со словами:
-Мисс Думова, вы опять совершили великое открытие, и я поздравляю вас с этим. Знаете, я ведь в курсе Альбанской истории. И… позвольте поблагодарить Вас за проявленное мужество в спасении и налаживании мирных дипломатических отношений.
-Ну, что Вы, господин мэр. Это моя работа и мой долг. К тому же без капитана Збигнева Ченски я никогда бы не смогла ничего совершить. – Скромно ответила ему я.
-Надеюсь, мис Думова, Вы поможете мне? Ведь Вы провели срели Кригонь столько времени и изучили их? Не могли бы Вы прислать мне ваши научные изыскания, которые могли бы быть бесценны для НИИНИТ?
Матвей Ильич заступился за меня:
-Прошу прощения, господин Кадодо, но я знаю, к чему Вы клоните. Мисс Думова – аспиранка моей кафедры и только мне решать, разрешу я ей отдать Вам иследовательский материал или нет. К тому же она не может работать у Вас в НИИНИТ, так как учится и уже работает НИИМА. Однако прошу принять во внимание, что сведения о Кригонь необходимые для оказания им помощи и поддержки будут предоставлены вам завтра днем не позднее 15:00. Все остальное вы сможете услышать на конференции.
-Да-да, пожалуйста. Будте так любезны. – Попросил мэр. – Спасибо профессор. Раз Вы не возражаете…
Далее мы встали, последовало прощальное рукопожатие. На прощание мэр сказал мне:
-Жду Ваших новых открытий, мисс Думова.
-Спасибо. – Помолвила я и с улыбкой.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

14:08 

ОМ!

Взгляд туманный пьет нирвану
Ну что тут скажешь? ОМ!

14:10 

Москва-река

Взгляд туманный пьет нирвану
Этот вид Москвы-реки был сфотографирован в мае 2010 г. с пешеходного "лужковского моста".:)

20:04 

Дай себя сорвать

Взгляд туманный пьет нирвану

17:23 

Славная традиция

Взгляд туманный пьет нирвану
Группа Пикник традиционно играет под католическое Рождество и грядущий Новый год концерты в ЦДХ. Однако в этом году концерты так и не состоялись. Что стало тому виной неизвестно, так как Э.М. Шклярский воздержался от комментариев.
Но есть и еще одна традиция, сложившиеся за многие годы – перед концертом наряжать ель в Парке Исскуств ЦДХ. Концертов в 2010 нет, форум давно уж канул в Лету и, видимо, ощущение Рождественского чуда куда-то исчезло, а традиция осталась. Хорошая зимняя традиция.
Все заняты какими-то делами, все куда-то бегут, всем некогда и нет даже минуты, что бы остановится, оглянуться и порадоваться жизни.
Лишь мы двое-я и Меларикс- в этот раз стали хранительницами пикниковой зимней традиции.
А смысл-то вовсе не в том-есть концерты или нет. Пикник приезжает и уезжает, а Рождество и Новый год остается навсегда. Как и ощущение некоего светлого чуда. И всего-то нужно подняться с насиженного места, подготовиться, договориться и явиться на церемонию украшения новогодней ели (под лежачий камень вода не течет) и создать своими руками атмосферу праздника и себе и тем, кто после нас будет созерцать творение этой Рождественской акции.
А еще смысл в том, что надо сделать миру красиво, чтобы увидев эту ель, у многих надолго поселился мир в душе. А делать красиво в Парке искусств ЦЕНТРАЛЬНОГО ДОМА ХУДОЖНИКА очень символично. Да будет СВЕТ!

Далее праздник завершился мини-реалом Дайри, совмещенным с Днем Рождения. Но это уже совсем другая история.

Низкий поклон Меларикс, Kriptkeeper и Qvall. Огромная благодарность за поддержку и настроение неминуемого праздника.

17:31 

Будущее есть всегда 33

Взгляд туманный пьет нирвану
…Я засиделась за отчетом и не услышала, как пришел Збыш. К тому времени был уже поздний вечер. Збышек предложил куда-нибудь сходить поесть. Я устала есть хотелось. Но я заупрямилась и предложила заказать еду на дом. Мне нужно было доделать отчет. Я уже напечатала 20 листов, и прерываться мне не хотелось, тем более что оставалось не так уж и много. Но Збигнев был упрямее, чем я, и настоял на походе в ресторан, сказав, что после поможет мне с отчетом.
После ресторана я расслабилась, мне захотелось спать. Я сонно тыкала пальцами по клавишам, то и дело убирая ляпы из текста. Збышек заметил это и уговорил меня поспать. Я подумала, что если я сосну пару часов, хуже не будет.
Пороснулась я далеко за полночь. Збышек сидел у компьютера с широко распахнутыми глазами. Весь его вид выражал непонимание.
-Збыш! – Окликнула его я. – Ты что?
Он повернулся. Указал в экран монитора.
-Я написал дещенч листув. Начал скачыват фото и видео з карты памьяти, но там ест то…
Я вскочила и подошла к столу. И когда Збышек успел своим зум-биноклем нафотографировать Кригород и Машинград! Было видео, запечатлевшее рождение и гибель Макроса, а потом… В следующем видеоклипе были видна только дрожащая растрескавшаяся поверхность и ноги Збигнева. Казалось бы, ничего особенного, но я услышала свой голос, голос Збыша и голос Шомполова. Шомполов рассказывал о своей жизни. Был записан так же финал с рыданиями Збыша.
-Это что же? Показания Шомполова? – Растерялась я.
-Так. Они. Тылько я не снымал.
-И я. Может ты забыл нажать на «стоп»?
-Не. – Мотнул Збигнев головой. – Тогда бы то был един клип с Макросом. А есще ест съемка Шомпылова з Машинграда. Я не ддэлал тего.
Мы переглянулись, подумав об одном, и в один голос вскрикнули:
-Аршван!!
Воцарилась тишина. Збыш озадаченно смотрел в экран. Он думал, что ему с этим делать. И придумал.
-Оддам дяде Дымитру. Для протоколу. А фото и Макрос пуст буджет для конференцьи.
Он устало привалился к спинке кресла.
-Давай пощпим? Очень устал. И ты ложис. Редактыроват буджем потом. Ютром. Так?
Я кивнула. Хоть я и поспала, но все же хотелось снова лечь. Он повернулся и коротко чмокнул меня в щеку. А затем встал, подхватил меня на руки и перенес на кровать.

Збыш встал рано. До 12 пока я спала он редактировалвсе наши записи. После моего пробуждения мы еще раз просмотрели получившийся отчет, и я, скопировав материал на минфлеш, отнесла его Гаврилову. Потом мы пошли позавтракать в кафе, а затем Збышек порводил меня до квартиры, предупредил, чтобы я никуда не уходила до 16:00 и опять куда-то уехал. Так и вышло. До четырех дня мы с професором провозились с материалами по конференции и моим отчетом, выправляя их и отбирая материал дляч выступления. Копию моего отчета Гаврилов отослал на персональный сайт Мвамбу Кадодо. К счастью, профессор не слишком ворчал и придирался к моей работе. Обычно он был более требователен. А сейчас он был так рад новой информаци, что сделав перерыв, выставил к чаю огромную шикарную коробку конфет. Мы пили чай и беседовали обо всем, о чем только можно. И о конференции, и о разных случаях в жизни Гаврилова, и о родных, и, конечно же, обо мне и Збигневе. Матвей Ильич являлся замечательным и интересным собеседником, очень остроумным и мудрым. Он отлично понимал меня. А, главное, был настоящим другом. После беседы с ним становилось как-то легче, да и секретами можно было делиться, не боясь, что он что-либо кому-либо расскажет.
К четырем часам я возвратилась в свою квартиру. Збыш еще не пришел. Было как-то скучно и одиноко.
Прошло полчаса. Я уже хотела заняться конференционными делами дальше, но вернулся Збигнев. Он не стал раздеваься, взял ЭП и сказал только одно:
-Одевайше. Поехали.
Куда «поехали» он так и не объяснил, был наредкость молчалив и сосредоточен.
Внизу уже ждало нас такси. Мы снова приехали в мэрию. Но теперь уже не к Кадодо. Мы поднялись на 2-ой этаж и вошли в один из небольших залов для совещаний. У дверей стояли двое - юноша и девушка. Приблизившись, я поняла, что это Алекс и Фрида. Теперь они были прилично одеты, острижены, причесаны и умыты. Неподалеку от них на банкетке расположился генерал Родимин, а рядом с ним стояли двое охранников и двое полицейских Наукограда. Мы поздоровались. Збыш взял подростков за руки, и мы вошли в зал. Родимин остался за дверью. Там уже ждали Кузнецов, Ингрид и… Фелиция. Фелиция сидела с невозмутимым видом, как снежная королева. Однако, предчувствуя ситуацию, она вся натянулась, будто струна. Ингрид удивленно смотрела на нашу маленькую компанию. Игорь молча наблюдал за происходящим.
-Пан Кузныцов, чи ест те оборванци, ктурых пан искал? – Спросил Збыш.
-Что это означает, господин Ченски? – Сердито произнесла Фелиция. На ее лице ни один мускул не дрогнул, только в глазах отразились страх и ненависть.
-Я щпрощил. – Отрезал Збигнев и так посмотрел на Фелицию Бизони, что та потупилась.
-Ну… да. – Неуверенно ответил Кузнецов.
-Пшыячель пана узнал их.
Игорь озадаченно кивнул. Он никак не мог понять, что все это значит, и зачем Ченски понадобилось устраивать весь этот спектакль. А Ченски продолжил. Он подвел Фриду и Алекса к Ингрид.
-Чи зна пани Ларсен джечи? То пани джечи?
Ингрид молча встала, глядя вопросительным взглядом на подростков. Но через пару минут лицо ее изменилось. Она молча смотрела на собственных детей и не могла произнести не слова. Фрида вдруг сорваласьс места и крепко прижалась к ней:
-Мама!
Александр тоже рванулся к Ингрид, но молча и обнял ее вместе с сестрой. Они плакали все трое. Игорь сидел, как кирпичом ударенный. Збигнев повернулся к Фелиции.
-Со скаже пани Кузныцова?
Фелиция криво и холодно усмехнулась, слекга похлопала в ладоши и едко произнесла:
-Браво! Хорошая инсценировка, пан Ченски. Возвращение блудных детей. Можно подсунуть любых подростков и сыгратьна горе матери. Я же знаю, что Вы в сговоре с этой…
-Что ты говоришь, Фелиса?! – Вскричал Игорь рассердившись. – Сейчас же прекрати!
Однако Бизони и не думала прекращать, продолжая надменно выплевывать слова в лицо Збигневу.
-Да, я прекрасно поняла, что вы хотите отнять у меня самую большую ценность моей жизни - моего мужа. Но это, пан Ченски, Вам так не пройдет. Я тоже разрушу Ваше счастье, как некогда смогла это сделать.
Глаза ее бешено горели, как у охотящегося леопарда. Она вскочила с места и в одно мгновение метнула в меня острый нож, выхватив его из-за голенища высоких модных сапог. Збигнев отреагировал мгновенно. Еще в тот момент, когда она только сделала движение рукой. Он оттолкнул меня в сторону. Нож просвистел у моего виска. Но Фелиция и тут не сдалась. Она решила воевать дальше и быстро выхватила из сумочки небольшой дамский пистолет. Обхватила локтем шею мужа и наставила оружие ему в висок.
-Назад или я убью его!
Ближе всех к этой пылающей бешенством женщине оказалась я. Что я испытала в этот момент, знает только Кингсли, которому «посчасливилось» познать гостеприимство бронедонта. Все стояли как вкопанные. Никто не знал, что же делать. Фелиция оторвала пистолет от мужниного виска и выстрелила в меня, но попала в Алекса, бросившегося вперед и заслонившегоменя собой. Ингрид и Фрида заорали от ужаса. Алекс покачнулся, с глазами полными боли и ненависти.
-Может, я умру. Но, пожалуйста. Не трогай их. – Сказал он и начал оседать напол. По одежде расползалось кроваавое пятно. Фелиса и тут потерпев фиаско, потащила мужа к двери.
-Ну, нет. Я так вам не дамся. Прочь, Ченски! Дай нам уйти! – Взвизгнула она. В этот момент дверь за ее спиной открылась, и кто-то грубо схватил ее, вырвал оружие, завернув ей руки за спину, и освободил Игоря из хищной хватки. Игорь тут же бросился к лежщему вниз лицом на полу сыну. Ингрид и Фрида тоже оказались рядом.
-Боже, за что?! Мальчик мой! – Плакала Ларсен.
-Сашка, ты жив? – С этим Игорь превернул его и с облегченим выдохнул. – Жив! Чуть не убила тебя. Вот стерва!
Алекс был ранен. Пуля прошла сквозь плечо. Если бы Фелиция не волновалась, не спешила и целилась лучше, то Алекс был бы убит в самое сердце. Кузнецов прижал к ране платок, данный ему Ченски и сразу вызвал скорую. Теперь же, двое полицейских ввели Фелицию в зал, сковав ее запястья наручниками. Она зло посмотрела на нас и отвернулась. С ними вошел Родимин и 2 его охранника, а следом - невысокий человек в сером костюме. Я припомнила, что видела его в ресторане накануне нашего приключения.
Мальчик никак не мог оправиться от страха и потрясения. Он прошептал, глядя на Игоря:
-Это правда? Это ты - мой папа? Почему ты оставил нас?
Игорь укачивал парнишку в своих могучих богатырских объятиях.
-Конечно, я. Ну, прости меня, сын. Теперь-то я уже никуда не уйду. Ты только потерпи немого. Поправишься, и уедем. Все вместе. Обещаю. Все уже позади. Все прошло. Ты у меня герой.
Скорая приехала наредкость быстро. Алекса с огнестрельной раной аккуратно положили на носилки и вынесли из зала. Его семья хотела поехать с ним, но Родимин остановил их, запретив до конца расследования куда-либо выходить.
Человек – в - костюме представился, показав свое удостоверение:
-Капитан Космического Розыска. Гвидо Бьянко.
Этот Бьянко, курчавый, невысокий, полноватый, слегка небритый итальянец лет пятидесяти был какой-то чудной. Я про себя обозвала его «электрончик». Он порывисто пожал руку Ченски, поприветствовав его. Обратил свое внимание на меня.
-Сеньорина Думова, мое почтение.
А после он обратился уже ко всем.
-Глубокоуважаемые сеньоры, я не задержу вас надолго. Только объясню цель моего визита и расскажу, что тут происходит. – Он посмотрел на часы. – Ну, честно говоря, мне нужно успеть в магазин за посудомойкой, иначе моя жена меня съест. Сеньора Бьянко женщина суровая и не пустит меня домой без покупки. Я ее люблю, конечно, но боюсь ее, когда она начинает ругаться.
Это заявление заставило всех расслабиться и, не смотря на происходящие серьезные события, улыбнуться. Капитан Бьянко был презабавен! Сначала он метнулся к ножу и упаковал его очень аккуратно в пакет, а пакет запихнул в свой карман так, словно это был пакетик с мармеладом и ничего особенного. Потом он подошел к Кузнецову.
-Сеньор Кузнецов, не могли бы Вы пойти в травмпункт и сделать протокол медицинского осмотра, а завтра отослать его управляющему по Внутренний Безопасности Наукограда? Он перешлет протокол мне в офис.
-Да, конечно. – Кивнул Игорь.
-Значит, все формальности соблюдены, можно приступать. Итак. До этого дня я вел сразу два дела, но с предыдущего дня мне стало ясно, что дело одно и большое. Спросите чье? – Он обернулся к Фелиции. – Ваше, сеньора, Ваше. Да. К сожалению, с самого начала судьба вас не радовала. Сотрудничество с Даммарцами не дало ни малейших результатов. Ведь это Вы, моя дорогая, после гибели вашего мужа Марио Бизони взяли все под свой контроль?
-Как мужа? – Кузнецов нахмурился.
-Мужа. Да. – Ответил ему Бьянко. – Видете ли, уважаемый сеньор Кузнецов, ваша жена до сих пор еще замужем за уже покойным представителем Даммарской элиты Марио Бизони. Она не его сестра. Она его жена.
-Водевиль, какой-то. – ХмыкнулИгорь.
-Увы. Жизнь. Так вот. Вам даже была на руку гибель Вашего мужа. Ведь богатства по наследству прешли Вам? – Бьянко погрозил Фелиции пальцем. - Не делайте огромные глаза. В Риме сразу не разобрались, что банк свой Вы «удачно продали» подставному лицу, а, следовательно, остались владелицей. Да и сам Марио руководил сетью банков оформленных точно так же. Вот откуда у Даммарских Рейдеров финансовая база. Да-да, не смотрите на меня так. Я ничерта не смыслю в экономике, но если уж что-то кажется странным…
-Успел покопаться в отчетностях? – Ядовито спросила Фелиция.
-Да уж. Успел. – Подтвердил Гвидо, не обращая внимания на ее скептический тон. – Марио все же был всегда на виду, и Вы этого не одобряли. Вы всегда считали, что руководить нужно незаметно. Что Вы и сделали, устроившись, якобы ради карьеры, на Балион. А что необходимо, что бы казаться еще не заметнее? Правильно. Замужество. А правая рука мэра, главный инженер - вполне завидный жених. Только вот женат, к несчастью. Но и это ничего. С женой его можно и посорить. В плетении интриг Вам нет равных, дорогая сеньора Бизони. Вы исправно перехватывали письма от его жены. Да и на почте у вас оказался нужный человек. Интересно. Сколько же вы дали ему, что бы подкупить? Но, Вы правы, денег вы ему не давали. Он сам работал на Вас. Бесплатно, разумеется. Небольшая провокация и шантаж обеспечен. Человек всецело Ваш навсегда и даром. Мы арестовали этого человека. Он дал показания против Вас. И, кроме того, нашли в Ваших вещах вот это.
Из внутреннего кармана пиджака Гвидо вытащил пакет, в котором лежал объемный почтовый конверт.
-Оставили на память? Вы узнаете этот конверт, сеньора Бизони?
Фелиция поглядела на Бьянко с ненавистью.
-Да пошел ты! – Грубо крикнула она.
Капитан Бьянко словно не заметил грубости.
-Жаль-жаль. А знаете, что в этом письме? – Спросил он окружающих. Все молчали. Гвидо потряс пакетом и вздохнул.- А в этом пакете письмо, которое сеньора Ларсен отправила мужу, прежде чем в ее жизни разыгралась трагедия. Как же это странно. Уничтожать письма и оставить последнее. М-да. Грустно. Но, пойдем дальше. Вы опять просчитались. Вы приказали убить детей Ингрид вместе с ней, но ваши друзья решили по-своему. Они решили наварить немного денег на живом товаре. Их жадность сыграла на руку провосудию. Дети сбежали. А помог им в этом их отец, котрый потом тщетно разыскивал их. Кстати, немного о вашей личной семейной жизни. Вы позволите? – Обртился он уже к Игорю и, когда тот кивнул, стал рассказывать дальше. – Кузнецов был Вам нужен, как прикрытие и пропуск в мир технологий. С его помощью Вы поднялись по карьерной лестнице. Он не знал, что Вы следите за всеми проектными разработками НИИНИТ и крадете их, передавая в Машинград, получая оттуда более новое и качественное оружие. И при этом, рейдеры могли бесплатно ремонтировать свои корабли и использовать Балион, как превалочную базу для награбленного. Вам было выгодно использовать коренных жителей в качестве рабов, ведь они и так были под игом Машинграда? Словом, Ваш муж и правда очень большая ценность Вашей жизни. А потом, кто обратит внимание на деловую женщину, работающую в сфере науки в практически закрытом заведении? Брависсимо! Вы все рассчитали. Но не до конца. Ваша жадность безгранична. Ведь у Бизони остался наследник, котрый в последствии встал на другую сторону и боролся с этой преступной бандой. Вы, сньора, хотели разделять и властвовать, а поэтому погубили собственного сына.
-Как сына? Я уже ничего не понимаю! – Кузнецов заволновался. – У Фелисы был ребенок?
-Был. Ее муж что-то предчувствовал, поэтому постарался отослать мальчика в Россию и сохранить своего наследника. Фелиция думала, что навсегда избавилась от конкурента на богатство и власть. Только от судьбы не уйдешь. Да. Когда ее муж погиб, а ей пришлось отдать все награбленное, может быть за исключением банков, она решила устроить вендетту пану Ченски, его родным и друзьям. Гибель Галактиона ее рук дело. Есть свидетельства подтверждающие, что это был терракт. А так же она решила устроить еще пару-тройку громких «трах-бахов», уничтожив всех, кто был причастен к Даммарской битве. Вот только Ченски она уничтожить не смогла. Он должен был лететь на Галактионе по служебным делам, но в последнюю минуту его поменяли с другим человеком.
-Бред. – Процедила Фелиция.
-Нет. Жизнь. Вернее случайность, спасшая Ченски. Ну, или рука судьбы. Фортуна. Как вам будет угодно. Но Вы же на этом не успокоились? Вы сыграли на чувствах человека высшего командного состава, знакомого с Вами уже давно. Он чуть было не сделал глупость, покусившись на жизнь капитана Ченски. Но, увы. Ваши планы провалились. Ченски оказался более жизнеспособен, да и разняли их раньше, чем могло произойти убийство. Ведь это я расследовал тогда обстоятельства дела. Но факт, как известно, вещь упрямая. Да и доказательства у меня тгда были косвенные. Правда, было их более чем достаточно.
Кузнецова затрясло, он смотрел на Фелицию с глубокой черной ненавистью.
-Игорь, кому ты веришь?! Я люблю тебя! Я боролась за тебя! Неблагодарный!
-Ах, ты дрянь! И ты еще смеешь говорить мне о любви?! Сегодня же подам на развод! – Рявкнул Кузнецов. – Столько лет ты обманывала меня! А я тебе верил! Как ты могла так со мной поступить! Я тебя ненавижу!
Гвидо подошел к Ченски.
-Я ведь знаю, что Вы, пан Ченски, вели собственное расследование? Поделитесь умозаключениями? – Прежде чем Збыш открыл рот, Бьянко поднял руки вверх. – Нет-нет. Не сейчас. Позже. Теперь вы полностью оправданы. Чин вам вернут. Нет. Не говорите, прошу вас, ничего. Я знаю. Это не важно, в отставке Вы или нет.
Пожал руки Кузнецову и Ларсен:
-Поздрвляю Вас с обретением друг друга. – Он посмотрел на Фриду, потом на ее мать и удовлетворенно улыбнулся. – А дочка-то на вас похожа.
После отвел кипящего Игоря в сторону.
-Успокойтесь, сеньор Кузнецов. Все окончилось хорошо, и Вам бояться уже нечего. И, знаете, женитесь-ка на Ларсен. Она будет рада. Я ведь опер и вижу, что она вас до сих пор любит.
На лице Игоря наконец-то появилась усталая улыбка. Он остыл и почти успокоился.
-А Вы правы, господин следователь. Я сам об этом думал. Женюсь. Кончно женюсь. Я ведь все равно ее люблю.
-Вот и чудесно. – Усмехнулся итальянец. – И да любите друг друга.
Затем он подошел ко мне.
-Сеньорина Думова, Вы ведь невеста пана Збигнева Ченски?
Слово «невеста» хрустальным звоном отозвалось в моем сердце. Я кивнула.
-Знаете, что я Вам скажу? Ченски прекрасный человек. Он будет Вам хорошим мужем. – Гвидо наклонился к моему уху и шепнул. – Если Вы его любите, родите ему двоих, и он будет очень счастлив.
Я рассмеялась:
-Ну, за этим дело не станет.
-Да, еще. – Гвидо посерьезнел. – Я, конечно, не напрашиваюсь. Но если сможете, пришлите нам с женой по кусочку свадебного торта. Она будет рада.
Я, хихикая, смотрела на это ительянское чудо, покинувшее меня иприблизившеся опять к Фелиции.
-А Вы красива, сеньора Бизони. Жаль, что Вы оказались преступницей. Вы ведь свели с ума не одного мужчину, правда? Я ведь знаю, что брачный аферизм был частью Вашего зароботка, во времена Вашего пребывания в Риме. Все же, какое счастье, что мне посчастливилось встретиться с такой очаровательной женщиной! Я с удовольствием приударил бы за вами, сеньора, не будь вы преступницей. Только вот я женат. Да и вы замужем. Очень жаль.
Гвидо Бьянко вдруг замер и воскликнул:
-О, Санта Мария! Жена! Она меня убъет!
С этим он выбежал вон.
-Но это еще не все. – Сказал Родимин и приказал кому-то в открытую дверь. – Ввести.
В зал вошел Шомполов. Двое конвоиров сопровождали его. Я заметила, что руки его были без наручников, и поинтересовалась у Родимина, не сбежит ли. Тот ответил, что Шомполов отверг все мысли о побеге, сдался добровольно и уже дал кое-какие показания.
-Здравствуй, Збышек. – Поздаровался экс-полковник. – И вам приветствие, барышня. – Обратился он ко мне. Он подошел к Фелиции.
-Ну, здравствуй. Фелиса.
Збыш прошептал, стоящему рядом Родимину:
-Дядя Дымитр, а длячего запрощил тего пана до нас?
-Бянко настоял на очной ставке. – Так же шопотом ответил ему Родимин. – Правда не понимаю, зачем? Ведь и так все ясно.
Фелиса сдлала вид, что не знает Шомполова.
-Кто этот старый жирный козел и чего ему от меня надо? И раз уж арестовали, так избавьте меня от внимния всяких дураков! – Запротестовала она.
-Вот бессовестная. – С укором вздохнул Шомполов. – А ты совсем не изменилась. Только учти, можешь все отрицать, даже то, что ты родилась на этот свет, но им-то уже все давно известно, а посему ты ведешь себя очень глупо.
-Кто ты такой, что бы читать мне мораль? Может падре или Папа Римский?
-А я с тобой не сориться пришел, а сделать тебе предложение. Выходи за меня. – Он повернулся к нам. – Эй, люди, вы слышали? Прошу руки Фелиции!
-Ах, ты дрянной, старый, лысый идиот! Тыдаже представить себе не можешь, какие шикарные мужчины просили моей руки! Ты бы лопнул от зависти! У тебя нет и четверти того, что было у них! И зачем ты мне сдался, дурак старый?!
-У тебя другого выхода нет. – Строго осек ее Шомполов. Под его тяжлым взглядом злая женщина затихла.
-Ты погубила всю мою жизнь. Я ведь любил тебя. Честно и по-настоящему. Готов был за тебя все отдать. Защищал все, что было связано с твоим именем. А ты? Ты воспользовалась мной в своих грязных целях, а под конец выбросила меня, как грязный бумажный платок. Пойми. Тебя все ненавидят. Детей будут пугать твоим именем. И, кстати, о детях. Ты не забыла, что угробила своего сына собственными руками? О, чудовище! Ты была бы со мной счастлива. У нас были бы хорошие дети. Мы могли бы сбежать от твоего мужа-итальянца, который, кстати, торговал тобой налево и направо, не представляя, каким сокровищем он владеет. Чего тебе не хватало? Теперь ты осталась одна. У тебя никого, слышишь, никого кроме меня нет. Может, весь свой остаток жизни мы проведем в тюрьме, но я умолю правосудие сжалиться и оставить нас вместе.
Фелиса вдруг зло расхохоталась, да так, что на ее глаза навернулись слезы. Она смеялась несчастному влюбленному в лицо.
-Жалкий смертный! Я была женой самого Марио Бизони, познавшего Великий Абсолют. А ты? Ты старый и жалкий! Знай, я рада, что сломала твою жизнь, за котрую никто гроша ломанного не даст. Слабакам не место в этом мире. Здесь выживает сильнейший. Тьма-вот порядок. Высокие чувства? Смешно! Какие высокие чувства могут быть у жалкого червя?! Молись, чтобы тебя не растоптали!
Шомполов спокойно снес оскорбления и посмотрел на Кузнецова и жмущихся к нему Ингрид и Фриду. Покачал грустно головой.
-Хороший ты мужик, Кузнецов. Жаль, что с такой ведьмой связался. Но видимо прав Аршван. Каждый получает свое. Кесарю кесарево, а слесарю слесарево. – Он опять обратился ко всем присутствующим. – Я готов понести любое наказание за причиненный ущерб, но, боюсь, что я уже жестоко наказан. Дальше уже некуда.
Он как-то странно посмотрел на свою любовь.
-Прости, дорогая, но у меня выхода тоже нет.
С этим он молниеносно развернулся. Я позавидовала реакции, которая казалась невозможной для такого тучного человека. Збыш задвинул меня за свою спину. Ингрид вскрикнула, Фрида спрятала свое лицо у нее на груди. Шомполов ударом кулака отбросил в сторону одного конвоира, другого тоже ударил в лицо, перекинув через себя, и мгновенно выхватил его пистолет из кобуры. Грянул выстрел, за ним другой…
Родимин опустил оружие. Фелиция тихо и плавно скользнула на пол и распростерлась, глядя вверх открытыми глазами. Она была мертва. Шомполов медлено опустился вниз, упал на бок, скорчился и замер. Збышек подбежал к нему и пощупал пульс на шее.
-Он живый! Доктора!
Пока Кузнецов вызывал повторно скорую помощь, Родимин, положив рук Збышеку на плечо, объяснил:
-Збыш, прости, но я получил приказ стрелять без предупреждения. Он выживет. Такие люди просто так не умирают. А вот Биозни уже ничем не поможешь. Туда ей дорога. Она и без того порядком отравила жизни многих.
Все кончилось. Бизони вынесли из зала вперед ногами, отправив, куда следовало, а Шомполова отвезли в больницу с ранением в живот.
Когда все завершилось, вошел мэр. Он наблюдал за нами - в зале были скрытые камеры охраны, с помощью которых все записалось.
Он поблагодарил нас за помощь, поздравил Родимина с раскрытием дела. Оказывается, он все знал и был в курсе всех событий.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Ящик Пандоры

главная